Книга Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы, страница 32 – Диана Фурсова

— Исключено.

— Вас я не звала.

— Это земли под управлением…

— Под моим ключом, — закончила Вера и накрыла ладонью связку.

Дом тихо отозвался. Не стуком и не хлопком. Где-то под полом прошёл мягкий, глубокий звук, похожий на вздох большого живого существа, которому впервые за долгие годы позволили расправиться.

Мира вдруг ахнула.

Её метка вспыхнула ярче. Серебро поднялось по ладони тонкими веточками, не выше запястья, и тут же погасло. Но за это мгновение на старой кухонной стене проявились линии. Сначала едва заметные. Потом чётче.

Ладонь.

Пламя-снежинка.

И слова, проступившие на камне там, где раньше была только копоть:

Двери Северного Очага открываются не для крови. Для тех, кого не впустили больше нигде.

Марфа опустилась на лавку.

— Северная мать…

Майра заплакала беззвучно.

Балдор встал так резко, что лавка ударилась о камень.

— Это подделка. Морвейнские мороки. Я немедленно отправляю донесение герцогу.

— Отправляйте, — сказала Вера.

— Вы пожалеете.

— Вы часто это повторяете. Начинаю думать, что других доводов у вас нет.

Балдор хотел ответить, но дверь кухни раскрылась сама. Не хлопнула — распахнулась широко, показывая тёмный коридор к холлу. Дом не выгонял его на мороз. Пока. Но ясно предлагал уйти с кухни.

И это поняли все.

Лицо Балдора стало багровым.

— Я размещусь в кабинете управляющего.

— Нет, — сказала Вера.

Он медленно повернулся.

— Что?

— До проверки кладовой и записей вы переночуете в комнате рядом с холлом. Орсен проводит. Ран и Севин помогут перенести туда лавку. Ключ от комнаты будет у Марфы. Дверь не запираем снаружи, но ночью по дому вы не ходите.

— Вы ставите меня под стражу?

— Я ставлю дом на ночь под порядок.

— Вы не смеете.

— Смею.

Он посмотрел на Варну.

— Вы слышите? Она обезумела.

Варна молчала. Её лицо было напряжённым. Она явно хотела поддержать Балдора, но надпись на стене, свет метки, ключи на столе и полная кухня свидетелей лишали её привычной уверенности.

— Утром будет составлен отчёт, — сказала она наконец.

— Отлично, — ответила Вера. — Начните с фразы: «Леди Элиана Морвейн прибыла в Морвейн-Хольд и обнаружила, что дом способен открывать двери сам, когда люди запирают слишком много».

Марфа неожиданно кашлянула, пряча смешок.

Балдор вышел, почти срывая дверные петли, хотя дверь открылась перед ним сама. Орсен и Ран пошли следом. Севин тоже, бросив на Нилу взгляд, полный гордого ужаса. Варна задержалась у порога.

— Вы действительно не боитесь герцога? — спросила она тихо.

Вера посмотрела на неё.

Врать было бы красиво. Сказать «нет» — эффектно. Но она устала от красивой лжи.

— Боюсь.

Варна явно не ожидала.

— Тогда зачем?

Вера посмотрела на Миру, на Тима, на Лиссу с детьми, на Марфу, которая держала красный ключ так, будто он жёг ей ладонь, на серебряные слова на стене.

— Потому что страх — плохой управляющий.

Варна ничего не сказала и вышла.

Кухня постепенно возвращалась к жизни. Не к прежней — к новой. Люди говорили тише, чем до прихода Балдора, но уже не как случайные путники. Они обсуждали, кому где спать, кто утром пойдёт за дровами, кто знает дорогу к старой оранжерее, кто может чинить рамы. Ран предложил осмотреть печные заслонки. Нила сказала, что умеет считать мешки и меры на мельнице. Лисса призналась, что шьёт крепко, хоть и некрасиво. Майра знала старые песни дома, но предупредила, что от некоторых лучше сначала закрыть окна.