Книга Грехи отцов. За ревность и верность, страница 103 – Анна Христолюбова

* * *

На шестой день, блуждая по лесу в образе охотника, Алексей нашёл то, что искал.

Осторожно пробираясь между деревьями, он сперва заметил, как насторожился пёс, и вскоре почувствовал запах гари. Придерживая собаку за ошейник, Алексей очень осторожно продвинулся дальше и саженей через тридцать увидел шалаш из веток, возле которого горел костёр. Уложив собаку, Алексей лёг рядом и стал наблюдать.

Из шалаша вышел человек, совершенно непохожий на крестьянина или охотника — тёмный неприметный камзол, на боку шпага, бритое лицо — ни бороды, ни усов. Он повесил над огнём котелок и подложил в пламя хворосту.

Из лачуги показался второй, похожий на первого точно брат-близнец.

— Эй, Жак, — сказал по-французски второй, — сходи за водой.

— Пусть идёт Гийом, — отозвался первый на том же языке. — Дрыхнет круглые сутки, скоро все бока себе отлежит.

— Долго нам здесь торчать? — Второй присел возле костра и, достав нож, стал строгать какую-то палку. — Не комары, а вурдалаки… Интересно, есть в этой гнусной стране хоть что-нибудь приятное? — продолжил он, с остервенением хлопнув себя по щеке. — Одни только грязь, болота и комарьё!

— Женщины! — осклабился первый.

— Что ты понимаешь в женщинах! — В голосе второго послышалось презрение. — Тебе лишь бы подешевле, а остальное неважно, будь она даже страшнее чумы с холерой!

— Ничего, я не из пугливых! — Первый заржал и хлопнул приятеля по спине. — И потом, мне ж на них не любоваться, а устроены все едино!

— Куда Марсель запропастился? — Как видно, второй не склонен был поддерживать сальную тему. — Ушёл до рассвета. Пора бы уж воротиться…

— Вернётся, никуда не денется. Только боюсь, нам долго тут комаров кормить. Объект, похоже, дома засел — обделанные панталоны сушит. Покуда не высушит, не появится. Когда-то теперь до него доберёмся… И как нас угораздило скопом промахнуться? Как заговорённый. Четыре пули — и все мимо! Только шляпа и досталась…

— А я говорил, надо по коню стрелять! Или мы вчетвером с двумя бы не справились? У нас лавочники со шпагой искуснее обращаются… — Француз презрительно сплюнул, поднялся и ушёл в хижину.

Тихо, стараясь не шуметь, Алексей отполз вместе с собакой назад и, пригибаясь, поспешно скрылся за деревьями.

* * *

Когда Алексей объявил друзьям, что должен съездить на несколько дней в Петербург, Филипп тревожно вскинулся:

— Зачем? Что ты хочешь? Ты уверен, что тебя никто не узнает?

— Мне нужно встретиться с одним человеком. — Он постарался принять беззаботный вид. — Обещай, что до моего возвращения не станешь выезжать из имения.

— Что за человек? Он не донесёт на тебя в Тайную?

— Не донесёт. Вот уж в этом я уверен! — Алексей криво усмехнулся.

— Не хочешь рассказать, что задумал? — Владимир смотрел на него очень внимательно.

— Расскажу, когда вернусь, — пообещал Алексей. — «Если вернусь», — поправился он мысленно.

В Петербург Алексей приехал к вечеру. Остановился в герберге «Красный кабачок», поужинал и отправился к своему бывшему дому. 68

Маленький отцовский домик на Большой Луговой покинуто темнел окнами. У Алексея защемило сердце. Он быстро прошёл мимо и, дойдя до конца квартала, завернул в питейное заведение, торчавшее среди пустыря одиноким гнилым зубом. Два года назад во время сильного пожара выгорел весь расположенный вокруг небогатый квартал, где ещё с петровских пор ютились немцы-мастеровые и осевшие в столице пленные шведы. А кабак отчего-то уцелел.