Книга Грехи отцов. За ревность и верность, страница 131 – Анна Христолюбова

Алексей залез в кусты и стал ждать. Прошло немало времени к вящему восторгу всех окрестных комаров, пока вдалеке послышались голоса. Чуть раздвинув ветки, он заметил три женские фигуры, медленно идущие в сторону пруда. Из своего укрытия Алексей видел, как тучная дама, в сопровождении которой гуляли барышни, направилась в сторону беседки под раскидистой липой возле дома, а сёстры не спеша пошли дальше.

Елена держала на руках крошечную лохматую собачку с розовым бантом на шее, а Лиза теребила в пальцах полураспустившийся бледно-жёлтый розан.

Они медленно дошли до скамьи в пяти шагах от зарослей ракитника и сели на неё. Сквозь ветки Алексей глядел на Елизавету Тормасову. Она сидела к нему вполоборота — изгиб шеи, высокая скула, коса, перекинутая на грудь.

Елена щебетала, обсуждала наряды, знакомых, последний бал, на котором танцевала с князем, тормошила собачку. Лиза была молчалива и грустна, задумчиво ощипывала лепестки с цветка.

— Жаль, что до осени балов не будет. — Елена вздохнула. — Филипп замечательно танцует! Как ты думаешь, матушка не смягчилась к нему? Мне показалось, она не была против, когда мы танцевали. Жалко, что больше трёх раз с одним кавалером танцевать неприлично…

Лиза равнодушно пожала плечами.

— Я уже скучаю по нему. Скорее бы завтрашний день! — Елена взглянула на сестру. — Лиза, ты точно неживая последнее время. И опять молчишь… Что с тобой?

Та вдруг всхлипнула и закрыла лицо руками.

— Ты не представляешь, как я хочу его видеть! — В словах её прозвучало столько страсти и боли, что у Алексея перехватило дыхание. — Если бы могла, сама бы к нему поехала! Да что поехала — пешком побежала! Как я тебе завидую… я даже Соне завидую — она может пойти, куда захочет, может разговаривать с кем пожелает…

— Ну замуж-то она, как и мы, без матушкиной воли не выйдет, — грустно усмехнулась Елена.

— Я не хочу замуж. — Лиза покачала головой.

— А что хочешь? В монастырь?

— Порой мне кажется, что лучше и впрямь в монастырь.

— Ты с ума сошла? — Елена воззрилась на сестру. — Мы с тобой, когда в обители живём, дни считаем до возвращения. Или позабыла?

— А что хорошего нас ждёт в замужестве? Ну ладно ты… Может быть, матушка всё же отдаст тебя за князя, а мне что предстоит? Брак с человеком, не вызывающим никаких чувств, кроме отвращения? Лучше монастырь.

— А как же Алексей Ладыженский?

— А что Алексей? — Она прерывисто вздохнула. — Я ему не нужна…

— Ты же говорила, что хочешь его видеть?

— Хочу! Ну так и что с того? Он-то меня видеть не желает…

— Лизочка, ты неправа, я замечала, как он на тебя смотрит… Мне кажется, он просто не хочет подавать тебе несбыточную надежду. Из благородства. — Елена мягко обняла её за плечи.

Лиза высвободилась из её сочувственных объятий и с ожесточением одёрнула косынку на груди.

— Что мне с его благородства?! Чего хорошего мне ждать в жизни? Для чего вообще жить, если я не могу быть рядом с человеком, которого люблю! — В голосе весенней капелью зазвенели слёзы.

— Тише! Фрау услышит. Вон, смотрит в нашу сторону.

— Фройлян, идёмте в дом, скоро ужин, — донёсся издалека каркающий женский голос, говоривший по-немецки.

Барышни нехотя поднялись. Лиза швырнула на землю полуощипанный розан, быстро отёрла глаза и сёстры медленно побрели в сторону дома.