Книга Кавказский папа по(не)воле, или Двойняшки для Марьяшки, страница 84 – Лена Харт

— Да, Анна, — он встаёт и отходит к окну. — Говори.

Не слышу, что говорит Анна Сергеевна, но спина Мурада превращается в каменную стену.

— Что значит «ускоренное рассмотрение»? — он говорит тихо, но каждое слово отливает сталью. — Пусть он себе засунет... Понял. Когда?

Он замолкает, слушая ответ, потом медленно поворачивается ко мне. Когда наши взгляды встречаются, я вижу в его глазах холодную, яростную бурю.

— Я понял. Действуй, — Мурад отключает звонок и кладёт телефон на стол с преувеличенной аккуратностью.

Моё сердце срывается в галоп. В этом напускном спокойствии скрывается что-то пугающее.

— Что случилось? — спрашивает Патимат, вытирая руки о фартук.

— Тимур подал ходатайство о немедленном изъятии детей до суда. Судья, видимо, купленный. Дал разрешение. Приставы уже выехали.

Слова Мурада доносятся откуда-то издалека, словно через вату. Изъятие детей, приставы, которые заберут Артура и Амину... этого не может быть.

— Они не заберут их, — выдыхаю неуверенно.

— Нет, — Мурад подходит ко мне, берёт мои ледяные руки в свои горячие ладони. — Они даже за ворота не пройдут. Я тебе обещаю.

И тут раздается звонок в дверь, громкий и настойчивый, с какой-то официальной нотой, от которой у меня внутри все сжимается, и я замираю.

Дети вздрагивают одновременно, словно их током ударило. Амина испуганно смотрит сначала на дверь, потом переводит взгляд на меня, и в её больших карих глазах вспыхивает тот самый страх, который я надеялась больше никогда не увидеть.

Внутри меня что-то щёлкает. Страх, паника, растерянность уходят на второй план. Включается режим мамы-медведицы.

— Патимат, — тихо говорю. — Займите детей. Включите им мультики в дальней комнате. Пожалуйста.

Патимат, застывшая на секунду, мгновенно приходит в себя.

— Так, цыплята мои, — она бодро хлопает в ладоши. — А ну-ка, пошли со мной! Бабушка вам сейчас такое покажет! У меня там новый планшет, с играми!

Она подхватывает малышей и уводит их по коридору под аккомпанемент собственного весёлого щебетания, однако брошенный напоследок испуганный взгляд Артура буквально обжигает мне кожу тяжёлым немым пониманием происходящего. Стоит только спасительной двери плотно захлопнуться за их спинами, резко разворачиваюсь к Мураду.

— Что будем делать?

— Поговорим, — он поправляет футболку и идёт к двери. Иду за ним.

Мурад распахивает дверь, и на нашем пороге вырастают фигуры двух судебных приставов. Первой в глаза бросается женщина лет сорока пяти со строгим, недовольно поджатым ртом и внушительной папкой в руках, которую сопровождает молодой мужчина с откровенно скучающим и безгранично усталым видом.

— Хаджиев Мурад Расулович? — официальным тоном спрашивает женщина.

— Он самый, — Мурад становится в проёме, полностью перекрывая им вход. — Чем могу помочь в такую рань?

— У нас постановление суда о немедленном изъятии несовершеннолетних Осипова Артура Тимуровича и Осиповой Амины Тимуровны. Прошу вас не оказывать сопротивления.

Она протягивает ему бумаги, и Мурад бегло просматривает их.

— Интересный документ. Особенно учитывая, что по моим документам они Хаджиевы. И это моя жена, — он кивает в мою сторону. — А это наш дом.

— Ваши документы мы приобщим к делу. А сейчас, будьте добры, позовите детей.

— Нет, — так же спокойно отвечает Мурад.