Книга Не время умирать, страница 49 – Валерий Шарапов

Катерина искренне призналась:

— Честно говоря, плохо я себя чувствую.

В электричке Акимов все-таки решился спросить:

— Что, выволочку устроил?

Она не ответила, прижимаясь лбом к стеклу. Сергей попробовал еще раз.

— Сергеевна, ты не думала все-таки… ну, к нам?

— Я же следователь, – вяло напомнила она, клюя носом.

— Ты раньше была только следователь, – напомнил он, – ты прежде всего мама. Все попроще, рядом с домом.

— Государство меня выучило, это моя работа, долг – раскрывать преступления…

— В масштабах страны ты, конечно, права, – признал Сергей, старательно глядя в сторону, – только ведь сейчас есть кому преступников ловить, а важнее не допустить преступления. Это нам делать, а рук не хватает.

Сергеевна не ответила, крепко спала, свесив слишком умную голову. Сергей, вздохнув, подставил плечо.

До первого звонка этого учебного дня Ольга обошла всех начштабов и каждого предупредила о предстоящей встрече. После разговора с Введенской она была бы не прочь поговорить и с классными руководителями начальной школы, но Палыч подчеркнул: с Большаковым будет отдельная беседа, и это он возьмет на себя. И напомнил, что не следует поднимать шум. Ольга ощетинилась было, но потом вспомнила, что Сергеевна особо подчеркнула, что негодяй имеет в виду именно подростков, а не малышей. Значит, незачем и тревожить начальную школу.

«Хотя кто его, негодяя, знает? Вдруг ему чего нового захочется? Ведь сначала тоже была «всего-то» кукла!»

Ольга назначила встречу в библиотеке, рассудив, что для закрытого и неформального собрания это место подходит больше, чем пионерская комната. Как минимум исключает болтологию и легкомыслие. К тому же и конспирацию соблюсти легче: если кто лишний и заглянет, то увидит лишь тихое и внимательное сборище. Ничего подозрительного, собрались ребята обсудить новинки.

Вывесив снаружи объявление «Тихо! Инвентаризация!», Ольга закрыла дверь и приступила к делу.

— Товарищи, нам поступил сигнал из правоохранительных органов.

Маслов Витька немедленно затянул:

— Ну начинается. Сто раз говорил, что раскаиваюсь и больше не буду.

— Если про меня, то и я не буду, – добавил Санька. – Меньше могу, больше – ни-ни.

— На этот раз не про вас, с вами потом, – то ли успокоила, то ли пригрозила Гладкова. – На этот раз дело поважнее. Видите ли, в Сокольниках завелась… ну, банда не банда, в общем… как бы это…

Смутившись, замолчала. Девочки-начштабы смотрели заинтересованно и ожидали продолжения разговора. Витька Маслов пришел на выручку:

— Ну что? Никакая это не тайна. Какой-то эсэсовец завелся, девчат режет и гробит почем зря.

Светка ахнула, Настя Иванова взвизгнула и обеими ладошками зажала рот. Ольга спросила:

— Ты откуда знаешь?

Санька Приходько проворчал:

— Тоже мне военная тайна. И я слышал.

— Это наши девчонки по лесам бегают, как заговоренные, – добавил Витька, – а Москва вся своих под замки прячет.

— Так. Раз все всё знают, то, может, расходимся? – уточнила Гладкова, но девочки возмутились.

— Как это, как это?! – выкрикнула Настя. – Все знают, а мы нет!

Светка Приходько поддержала:

— Я вот, например, не знаю. Мне вот этот, – она кивнула на брата, – ничегошеньки не сказал.

— А хлыщ твой, Яшка, что же? – съязвил Санька.

Светка покраснела и показала язык.