Книга Кто шепчет в темноте?, страница 50 – Джон Диксон Карр

Однако Майлз снова увидел это выражение, на короткий миг, прежде чем успел завершить свой рассказ. У доктора Фелла был вид человека, сбитого с толку, встревоженного, наполовину ослепшего от сияния правды и все же при этом охваченного откровенным ужасом. Вот что особенно било по нервам. Все время, пока Майлз механически продолжал рассказ, безумные мысли метались на заднем плане его сознания.

Доктор Фелл, конечно же, не мог поверить в эту чепуху насчет вампиров. Профессор Риго, вероятно, искренне верит в реальность злых духов, вселяющихся в плоть, злых духов, способных покинуть тело и материализоваться где-то высоко в воздухе, маяча белым лицом за окнами.

Но только не доктор Фелл. Это можно утверждать смело! Все, чего хотел Майлз, – услышать это от него самого.

Все, чего хотел Майлз, – сло́ва, жеста, подмигивания, способных разогнать весь этот тлетворный туман, который Жорж Антуан Риго назвал бы вампирским туманом. Услышать восторженный рев: «Ну же, ну! Ну и дела! Архонты Афин!» Увидеть, как подергиваются все подбородки, как сотрясается необъятный жилет, когда Гидеон Фелл в знакомом Майлзу старомодном изумлении откидывается в кресле, громыхая металлическим наконечником своей трости об пол.

Но Майлз так ничего и не услышал.

Вместо того, когда Майлз завершил свой рассказ, доктор Фелл откинулся в кресле, прикрывая глаза козырьком ладони и держа на коленях трость-клинок с кровавыми пятнами.

— Это всё? – уточнил он.

— Да. Это всё.

— О, ага. А вам, друг мой, – доктор Фелл мощно откашлялся, прочищая горло, прежде чем обратиться к Риго, – я хотел бы задать жизненно важный вопрос. – Он помахал в воздухе рукописью. – Когда вы писали это, вы, разумеется, тщательно подбирали слова?

Профессор Риго выпрямился как палка:

— Разве нужно говорить, что да?

— И вы не захотели бы изменить здесь ни слова?

— Нет, уверяю вас! С чего бы вдруг?

— Позвольте, я прочту вслух, – решительно произнес доктор Фелл, – две-три строчки из вашего отчета о последнем разе, когда вы видели мистера Ховарда Брука на вершине башни, перед тем как на него напали.

— Ну же?

Доктор Фелл послюнил палец, поправил пенсне на черной ленте и пролистал рукопись.

— «Мистер Брук, – зачитал он громко, – стоял у парапета, бескомпромиссно развернувшись к нам спиной. По одну сторону от него…»

— Простите, что перебиваю, – вставил Майлз, – но слова в точности те, какими профессор Риго вчера вечером рассказывал нам эту историю, а не читал по написанному.

— Это и есть в точности те слова, – улыбнулся профессор Риго. – Они же текут гладко, так? Легко запоминаются. Все, о чем я рассказывал вам, молодой человек, также содержится в этой рукописи. Продолжайте, продолжайте, продолжайте!

Доктор Фелл покосился на него с интересом.

— «По одну сторону от него…» Вы все еще описываете мистера Брука. «По одну сторону от него стояла его трость из светло-желтой древесины, прислоненная к парапету. По другую сторону от него, так же приваленный к парапету, лежал раздутый портфель. Этот парапет тянется по всей окружности башни, доходя высотой до груди, каменные зубцы разбиты, крошатся, исчерченные беловатыми иероглифами в тех местах, где люди вырезали свои инициалы».

Доктор Фелл закрыл рукопись и снова постучал по ней пальцем.

— Это все, – требовательно спросил он, – точно?