Книга Мама-попаданка. Хозяйка старой пасеки, страница 9 – Елена Белильщикова

— Тим, Тимочка, где же ты был? Я так испугалась, — всхлипнула я. — Все решили, что ты в реку полез!

— А я и полез, — пробубнил Тимошка. — А чего они дразнятся?

— Кто дразнится?

Отстранившись, я взяла его за плечи и внимательно заглянула в глаза. Тимошка надулся, опустив голову, встрепанная челка упала на глаза.

— Ты как знаешь, Веленка, а я бы ему хорошего ремня всыпала! Чтоб знал, как мать пугать! — вмешалась Глафира.

Тимошка прижался ко мне, опасливо глядя на нее. Крупная, с зычным голосом, она выглядела достаточно грозно.

— Я сама решу, как воспитывать своего ребенка, — холодно процедила я.

Глафира хлопнула глазами в шоке. Видно, привыкла, что Велена обычно только прятала взгляд и сжималась, слыша злые слова от деревенских. Я же приобняла сына за плечи, глядя волчицей.

— Уж тебе-то точно ремня в детстве не хватило! — заголосила Глафира, для большей театральности раскинув руки. — Не то вышла бы замуж и жила бы, как порядочная женщина! Так и останешься в девках теперь, кому ты нужна, подбирать после другого?

— Порядочная у меня мама! — обиженно рванулся вперед Тимошка. — Хорошая!

— Нет, ну, вы гляньте! Он еще и взрослых ни во что не ставит! Барином возомнил себя малец!

— Пойдем домой, — я тронула Тимошку за плечо.

Нас догнал Ефим, по пути шнуруя рубашку на воротнике.

— Я б тебя к себе пригласил, листьев малиновых заварил бы. Не то заболеешь еще. Да сама понимаешь, жена моя тебя на дух не переносит, — виновато сказал Ефим.

— Понимаю. И так спасибо Вам большое.

Когда мы подошли к дому, Тимошка поднял на меня взгляд и тихо спросил:

— Мам, а я правда сын барина, как все говорят?

Рано или поздно этот вопрос должен был прозвучать. Но именно сегодня я оказалась к нему совсем не готова. И попросту застыла, нервно сглатывая. Ведь в горле появился комок. Маленький еще совсем Тимошка, девять лет, не хочется тревожить его взрослыми проблемами и горестями.

— Скажи! — он требовательно дернул меня за мокрый рукав. — Я не буду из-за этого нос задирать, честное слово.

Я слабо улыбнулась. Тимошка был таким милым ребенком, что в любой ситуации как лучик солнышка сквозь какие угодно тучи. Сын смотрел на меня доверчиво и взволнованно, и не хватило бы совести промолчать.

Я присела на корточки, беря Тимошку за худенькие плечики. Одежда на мне промокла до нитки. Хотя день стоял теплый, свежий воздух все-таки начинал пробирать. По телу уже моментами пробегала мелкая дрожь. Но в эту минуту я не обращала на это внимания.

— Да, сынок. Это правда. Твой отец — Михаил Алексеевич.

— А почему он тогда даже поздороваться со мной не заглянул? — нахмурился Тимошка. — Раз уже приехал!

— Он же барин, у него много дел, — пробормотала я и, притянув ближе сына, поцеловала его в макушку. — А ты если увидишь его, то и не говори ему ничего, ладно? Не то еще не поверит и ругаться будет!

«Или прогонит нас прочь, чтобы мы не попадались на глаза его супруге, — мрачно подумала я и тут же оборвала себя. — Хотя почему прогонит? Продаст, как животных на ярмарке!»

Тимошка с тяжелым вздохом кивнул. Котята на его руках завозились, и мы поспешили в дом. Там, оказавшись на полу, они сразу принялись с интересом исследовать новую территорию.

— Я сейчас в сухое переоденусь и покормлю их! — сказала я. — А ты мне расскажешь, как все было. Хорошо, Тимошка?