Книга Эмма Дженкинс, страница 113 – Елена Владимировна Добрынина

Контору я покидала в смешанных чувствах: было жаль расставаться с этой суетливой, беспокойной, но очень интересной частью моей жизни.

Последний вечер перед ответственным и не слишком законным делом прошел довольно буднично. Эверт перезаряжал мой артефакт с иллюзией, подгоняя его для нашего мелкого воришки. Ноэль беспечно вертелся вокруг, обсуждал с менталистом детали завтрашней «работы». Я же привычно тренировалась в своей комнате, чтобы успокоить нервы.

Настало то самое утро. Мужчины собрались, амулет на Ноэле был активирован, и я не удержалась от возгласа: вместо парнишки рядом со мной, хлопая огромными темными глазами, стояла девчонка в коричневом платье.

— Офонареть! – смачно произнесла барышня, и все коротко и нервно рассмеялись.

— А ты? – спросила я Эверта. – Будешь менять облик?

— Буду. – Он сосредоточенно провел по воздуху рукой сверху вниз и стал похож на типичного завсегдатая таверны средней руки. До чего невзрачный тип с сизоватым носом и мутным взглядом!

— Фу, – от души прокомментировала девица.

— Что поделать, красивый у нас сегодня ты.

— Как и обычно, – притворно вздохнул Ноэль и ойкнул, получив заслуженный щелчок.

— Пошли уже, красотка, – и мужчины ушли, продолжая друг друга подначивать.

Я посидела немного в одиночестве, попробовала занять себя книгой, потом открыла окно и подышала воздухом. И поняла, что не могу, просто не могу сидеть здесь и ждать. Выходить на улицу без маскировки было равносильно самоубийству: мой портрет все еще появлялся в газетах. Но ведь для маскировки иллюзия не обязательна.

Я ходила по комнате, кусая от волнения пальцы и лихорадочно соображая. А затем принялась быстро собираться. Оборванные штаны Ноэля (он их носил, подвязывая шнуром, а мне они пришлись впору и без этого), рубашка от пижамы Эверта (той самой, в которой спал мальчишка), сверху черный жилет (а нечего вещи по комнате разбрасывать). Волосы туго заплела и убрала наверх. А что же дальше? И тут мне на глаза попалась мальчишеская кепка. Старая, с прорехами. Я быстро натянула ее поглубже и для верности закрепила шпильками.

Посмотрела на себя в зеркало, недовольно поморщилась и направилась к окну. Провела руками по карнизу, по внешней стороне рам и удовлетворенно кивнула – руки выпачкались в грязи. Стоя перед зеркалом, вымазала лицо, шею и рубашку. Так-то лучше. Теперь меня ни за что не узнают.

Я с опаской высунула чумазое лицо в коридор, огляделась и крадучись спустилась с лестницы черного хода.

Пока я добиралась до «Золотого бочонка», меня пару раз цепляли плечами рослые мальчишки, один раз нерасторопный возница велел убираться с дороги, но в целом все шло неплохо. Большинство людей меня просто не замечало.

Я нашла улицу, прошлась по ней, заглянула в арку. Там толкались завсегдатаи, но никого похожего на моих ребят или миста Сайфилда я не увидела. Наконец я заметила на другой стороне улицы Эверта, неузнаваемого под его неказистой иллюзией. Он шел, глядя в пустоту мутными глазами. Как будто перебрал мужичок хмельного и идет неведомо куда. И только я понимала, что менталист сейчас предельно сосредоточен и не просто идет, а воздействует… На кого же? Я обежала глазами всю улицу, высматривая объект. А вот и мист Сайфилд собственной персоной. И впрямь похож на таракана. Крупный, краснолицый, с длинными светлыми усами, желтоватыми от табака. Сходство усиливалось благодаря коричневому сюртуку и старомодной шляпе-котелку. Он, казалось, о чем-то размышлял на ходу. «Эмма, если ты хочешь увидеть картину целиком, то должна успеть прошмыгнуть в арку раньше него!» – сказала я себе и заторопилась, расталкивая локтями прохожих. На секунду мне показалось, что Эверт меня заметил и, хуже того, узнал. Не оглядываясь, я наконец-то выбралась из плотного людского потока, свернула в арку, пробежала во дворик и, пометавшись по нему немного, спряталась в закутке бокового выхода, неподалеку от мусорного бака.