Книга Эмма Дженкинс, страница 110 – Елена Владимировна Добрынина

— Красивая, – я не покривила душой. – Наверное, твой отец все-таки любил ее, раз носил с собой ее портрет.

Мальчишка странно посмотрел на меня, словно раздумывая, а затем хитро подцепил ногтем краешек портрета, и я увидела за ним еще одно отделение. И остолбенела. Зажмурила глаза, пытаясь прогнать видение. Нет, глаза не обманывали.

На пожелтевшем кусочке бумаги, вставленном в одну из створок, был изображен мамин амулет – та же завитушка, тот же алый камешек. Внизу значилось наполовину выцветшее «кровью и жизнью». На второй створке мелко-мелко был указан адрес: «Саффорд, Янтарная ул., д. 15».

— Что это? – спросила я скорее у целого мироздания, чем у Ноэля.

— Вот зачем он таскал с собой ее портрет: чтобы спрятать это, – зло произнес паренек. – Но вообще, я думал, вы знаете.

— Знаешь, давай-ка спать. Хватит с нас на сегодня всех этих тайн и сюрпризов. Завтра будем разбираться, что к чему.

Малец снова устроился в своей берлоге, я подоткнула ему одеяло, поправила упавший на лоб рыжий вихор и пошла к себе.

А утром начался аттракцион.

Проснулась я от странных звуков за стеной: что-то шипело, кто-то приглушенно повизгивал. Я бросилась выяснять, в чем дело. Предо мной предстала чудная картина: Ноэль в пижаме скакал по креслам и столику, как обезьянка. За ним гнался разъяренный тигр в исполнении Эверта.

— Этот бандит швырнул в меня огнем!

— Я нечаянно, он меня напугал!

Наперебой начали они жаловаться друг на друга, потом синхронно вздернули брови и как-то странно заулыбались, глядя на меня. Я проследила за их взглядами и, сообразив, что стою перед ними в полупрозрачной ночной сорочке, ойкнула и выскочила за дверь. Вернулась через несколько мгновений, накинув, как и положено, утренний халат.

— И что все это значит?

— То, что я пришел будить этого поганца, а он ни с того ни с сего запустил мне в лоб зарядом.

— Да я спросонок решил, что меня убивают.

Оба уже сидели рядом и вяло переругивались. Гроза миновала, и начался новый день.

Пока все постояльцы еще спали, Эверт вывел нашего ночного гостя через черный ход, дал ему несколько монет купить съестного себе и другим мальчишкам и условился о встрече вечером.

Мне же не терпелось рассказать «братцу» о сокровище мальчишки, точнее, об обнаруженных там записях до того, как он уйдет на службу.

— Очень интересно. Говоришь, бумага пожелтевшая?

— Да, и чернила выцвели.

— Скорее всего, отец Ноэля получил эту памятку от своих старших родственников. За столько лет все могло не раз измениться, но мы попробуем. Саффорд так Саффорд! Ничего нового не снилось?

Я покачала головой. Ни нового, ни старого.

— Чей адрес, как думаешь? – спросила я в свою очередь.

— Два варианта: потомков Хелльдехеймов или потомков Солсбери. Нас устраивает любой из них. Ладно, воробушек, мне уже пора, до вечера.

И уже в дверях добавил:

— Большая просьба: раздобудь этому рыжему недоразумению пижаму, свою я ему больше не дам.

— Он тебе нравится, – я не смогла сдержать улыбку, закрывая дверь за менталистом.

Сегодня у меня был свободный день. Но я решила зайти в контору и известить мэм Вудс о том, что скоро не смогу ее подменять. Она охала, сокрушалась, что я так неожиданно уезжаю. Но мне послышалось в ее голосе некоторое облегчение: ее дочка уже нашла нянечек для малышей, и только нежелание выставлять меня за дверь удерживало добрую женщину от того, чтобы работать, как раньше.