Книга Измена дракона. Ненужная жена требует развода, страница 135 – Юлий Люцифер

Дамиан стоял у дальнего круга.

Рядом с ним — старый мастер защитных контуров, которого Нина видела впервые. Низкий, широкоплечий, с обожженными пальцами и глазами кузнеца. При их появлении он поклонился Аврелии, потом Дамиану, потом Нине. Не как больной жене. Как хозяйке с ключом.

— Миледи.

Нина кивнула.

— Что с Сердцем?

Мастер посмотрел на Дамиана, но ответил ей:

— Держится на признании вины и вашем отказе принять чужую цепь. Не на брачной верности. Ее сейчас почти нет.

Слова ударили странно.

Не больно даже. Трезво.

Брачной верности почти нет.

Разве могло быть иначе?

— Что будет завтра? — спросила Нина.

— Если Суд признает вашу вину или безумие, Сердце может сорвать перемычку. Оно уже слышало, что вред не ваш.

— А если признает право на развод?

— Зависит от формы разрыва. Если грубо разрубить клятву — трещина уйдет глубже. Если применить прецедент Серафины и развести супружескую связь с временным хранительством — есть шанс удержать.

— Шанс?

Мастер развел руками.

— Миледи, после того, что с Сердцем делали Вейры, Грэх и собственная слепота дома, слово “гарантия” здесь звучало бы как мошенничество.

Нина почти улыбнулась.

— Вы знакомы с Аврелией?

— Она однажды допрашивала меня три дня. До сих пор говорю правду быстрее, чем думаю.

Аврелия сухо сказала:

— Полезный навык.

Дамиан смотрел на Нину молча.

Она почувствовала его взгляд, но не повернулась сразу. Сначала подошла к кругу Эвелины, остановилась на безопасном расстоянии. Имя на металле теперь горело не ярко, а глубоко, с золотой и серебристой прожилкой. Черная сеть почти ушла, но на краю еще оставались серые пятна.

— Это от Лиоры?

— И от старого подавления, — сказал мастер. — Пепельный след въелся не только в метку, но и в то, как Сердце привыкло слышать вашу кровь.

— Его можно убрать?

— Можно. Но не до Суда. Нужна новая формула, свободное согласие хранительницы и признанная вина тех, кто вредил.

— То есть после.

— Если вы доживете до после, миледи, работы будет много.

Кайрен пробормотал:

— В этом доме даже надежда звучит как счет за ремонт.

Нина посмотрела на Дамиана.

Он стоял у своего круга, руки опущены, лицо сдержанное.

— Вы знали?

— О чем?

— Что супружеской верности почти нет, а Сердце держится на признании вины и моей границе.

— Мастер сказал мне час назад.

— И?

— Я подумал, что это справедливо.

Она не ожидала такого ответа.

— Справедливо?

— Да. Брачная верность разрушена мной. Было бы странно, если бы Сердце продолжало держаться на ней. Теперь его удерживает правда. И твое право не стать цепью.

Нина отвела взгляд первой.

Внизу, в зале Сердца, все звучало слишком честно. Там было трудно прятаться за злостью.

— Завтра, — сказала она, — если Совет попытается предложить сохранить брак ради Сердца…

— Я выступлю против.

— Даже если мастер скажет, что так безопаснее?

Дамиан посмотрел на огненный сгусток.

— Безопаснее для кого? Для Сердца — возможно. Для тебя — нет. Значит, это опять была бы старая ложь: спасем дом женским молчанием.

Нина молчала.

Кайрен вдруг тихо сказал:

— Брат, я начинаю подозревать, что тебя подменили на разумного.

Дамиан не улыбнулся.

— Нет. Просто я слишком поздно начал слушать.

Мастер контуров буркнул:

— Для дома поздно лучше, чем никогда. Для женщин, которых закопали, не знаю.