Книга Жена вместо истинной. Подмена у алтаря, страница 86 – Кристина Юраш

И вот тогда меня накрыло.

Страх.

Настоящий. Леденящий. Абсолютный.

До этой секунды я мог обманывать себя. Мог списывать все на инстинкт дракона, на собственничество, на злость от того, что кто-то посмел играть моими чувствами. Я мог считать это ошибкой, временным помутнением рассудка, вызванным недавними событиями и пожаром.

Но когда она ответила… когда я почувствовал, как ее тело поддается мне, как ее дыхание сливается с моим, как ее пальцы впиваются в мою кожу, оставляя следы… Иллюзия рухнула.

Это было невыносимо сладко, невыносимо больно и… взаимно.

И осознание этого факта ударило сильнее, чем любой меч. Потому что если это взаимно, значит, у меня есть что терять.

Значит, она может уйти не просто как «временная жена», а как женщина, которая имеет власть надо мной. Власть разрушить меня одним своим шагом к двери.

Моя хватка ослабла. Руки, которые только что держали ее талию с силой тисков, вдруг затряслись. Я отстранился, глядя на нее с ужасом, который, я знал, она читает в моих глазах.

Анна смотрела на меня. Ее губы были припухшими, влажными. Щеки горели румянцем. Но в ее взгляде не было триумфа. Там было понимание. Она увидела мой страх. Увидела трещину в моей броне. Увидела человека, который стоит на краю пропасти и понимает, что уже сделал шаг в пустоту.

— Адиан… — выдохнула она. Мое имя прозвучало тихо, почти нежно, и от этого звука у меня подкосились ноги.

Я отшатнулся, словно обжегся. Отступил к столу, хватаясь за край, чтобы не упасть. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось болью в ребрах.

Что я наделал?

Я только что признался ей в своей зависимости. Не словами. Действием. Своим телом, своей реакцией, своим страхом, который сейчас стоял между нами прозрачной, дрожащей стеной.

Дракон внутри распалился. Но я заставил его утихнуть. Теперь он просто наблюдал за происходящим с каким-то странным, почти человеческим любопытством. И это спокойствие пугало меня больше, чем любая ярость.

Анна медленно опустила руки. Ее пальцы все еще дрожали. Она провела ими по губам, стирая остатки моего вкуса, но взгляд не отводила.

— Ты любишь ее, но при этом ты неравнодушен ко мне, — констатировала она.

Не вопрос. Констатация.

Я не ответил. Не мог. Горло сжалось спазмом. Да, я боялся. Боялся, что она уйдет. Боялся, что она вернется к Аннабель. Боялся, что этот поцелуй был последним, что у нас есть, и что дальше будет только пустота.

— Я не хочу, чтобы тебе пришлось выбирать, — повторила она, и в ее голосе прозвучало нечто, похожее на жалость. Или на сострадание. — Так что, прошу тебя. Просто выбери ее. Моя сестра — это та, которую не стыдно показать в обществе. Она — бриллиант, готовый сиять под взглядами. Я — не такая.

Ее голос треснул.

— Мне не нравятся шумные балы. Я больше люблю тишину и книги. Я не произведу впечатление, когда войду в зал, на меня не обернутся мужчины. Мое платье не станут копировать дамы, чтобы стать хоть немного похожей. Я рождена для другого. Поэтому я просто прошу тебя. То, что только что случилось в кабинете, пусть останется нашей тайной. Я никому не скажу. Но ты позволишь мне уйти. Сейчас, пока она не приехала. Пока она не переступила порог этого дома, — вздохнула Анна.

Я не оборачивался. Я все еще не мог простить себе эту безумную слабость.