Книга Из небытия, страница 110 – Анастасия Шадрина

Король фыркнул и вытянул наугад одно письмо. Почерк был размашистый, ленты пахли жасмином.

— Это… – лениво протянул он, – письма от претендентов на руку моей дочери. И я, как заботливый отец, отбираю самых достойных.

Эйдан с лёгкой иронией приподнял бровь:

— Как успехи? Уже видите в ком-нибудь из них будущего короля Кадере?

— Полноправной королевой будет только Луиза, – спокойно ответил Вильгельм, скользнув взглядом по письмам. – Её супругу достанется лишь титул принца-консорта, – он сделал паузу и медленно откинулся в кресле. – Среди них много достойных… Но всё равно что-то гложет. На душе неспокойно… Всё-таки Луиза – моя единственная дочь. Хочется, чтобы тот, кто станет её мужем, не просто подошёл по титулу и положению, а стал ей близок. Чтобы она не жила в браке, как в золотой клетке, с короной на голове и с тоской в глазах.

— Это достойное желание, – заметил Эйдан, докуривая трубку.

Некромант медленно подошёл к столу и скользнул по нему задумчивым взглядом. Вильгельм выглядел утомлённым, как будто за последние сутки в нём иссякли не только силы, но и терпение. На мгновение его взгляд скользнул в сторону, где в полутени лежала тонкая, обтянутая кожей молитвенная книга.

— Нужно помолиться Смотрящему, – глухо произнёс монарх. – Может, тогда придёт решение.

Эйдан прищурился и уставился на предмет с явной настороженностью.

— Откуда у вас эта книга? – спросил он, голос его стал чуть жёстче.

— Один из инквизиторов передал мне её лет десять назад. В знак… духовного покровительства, как он тогда выразился, – Вильгельм пожал плечами. – И с тех пор она всегда была со мной.

— Любопытно, – Эйдан наклонился ближе, а затем нахмурился. – На ней есть след… Магический. Почти незаметный, но ощутимый. Она не просто молитвенная.

— Что ты несёшь? – Вильгельм убрал руку. – Это обычная книга.

— Нет, Ваше Величество, – спокойно возразил некромант. – На ней наложено подслушивающее заклинание. Хитрое на языке старой школы Амборина. Кто-то долго и с упоением слушал, что вы говорите, годами…

И прежде чем король успел что-либо ответить, Эйдан вытянул руку, и в воздухе заплясали тонкие синие искры. Он сжал пальцы, шепча на древнем диалекте:

— Mortavis serculam inverso vultus…

С этими словами книга засветилась бледно-зелёным светом. Несколько секунд она пульсировала, и затем огоньки погасли. Эйдан аккуратно положил её в центр стола.

— Что ты сделал? – сдержанно спросил Вильгельм, не сводя глаз с предмета.

— Обратил поток. Теперь… мы слышим их, – спокойно ответил Эйдан, скрестив руки за спиной.

Книга больше не казалась невинным предметом веры. Её кожаная обложка, потемневшая от времени, источала слабый, почти неощутимый запах масла. Рисунок на обложке проступал чётко: три меча, тонких и вытянутых, были вонзены в сердце. Над всей этой композицией, в верхней части обложки, располагался глаз Смотрящего. Из-под книги донёсся глухой неразборчивый шум. Вильгельм и некромант замерли. Вскоре звуки стали обретать форму. Они услышали женский голос: мелодичный, размеренный, почти чарующий, с лёгким акцентом южных провинций.

— …Вы хотите сказать, что это была просто случайность? Вы должны смотреть глубже, мой Архонт.

Услышав это имя, Вильгельм заметно побледнел, пальцы судорожно вжались в подлокотник кресла. Эйдан посмурнел, напряжение в его фигуре стало почти осязаемым.