Книга Злодейка для генерала драконов, или Развод (не) гарантирован, страница 120 – Любовь Песцова

Лейф смерил нас с Эйнаром взглядом, скривился, после чего ушел. Было видно, что ему стоило огромных усилий не плюнуть нам под ноги, прежде чем покинуть этот злополучный коридор.

Свекровь смотрела то вслед супругу, то на сына. Вот только мне не было ее жаль. Вместо того чтобы заступиться за свое дитя, она позволяла этому козлу унижать Эйнара. Скорее всего, это длилось годами.

— Хотите что-то сказать?

Теперь она переводила взгляд с меня на Эйнара.

— Это правда? Про истинную пару.

— Да.

— Но она ведь… всего лишь…

— Еще одно слово, мама, и ты лишишься еще одного сына.

Она опустила взгляд, а когда снова подняла, в нем уже не было растерянности, отчуждения или любых других эмоций. Только холод.

— Был рад тебя видеть.

Эйнар коротко поклонился, после чего увел меня в крыло, которое выделили иностранной делегации.

Вот и познакомилась с родственниками.

Оказавшись в выделенных мне покоях, я не могла отделаться от ощущения дежавю. Вроде бы именно я здесь не была, но воспоминания отсюда были самыми яркими.

Наверное, потому, что это были последние месяцы в жизни Алиеноры.

Если честно, я до сих пор не могла поверить в то, что она умерла окончательно. Не хотела в это верить. Ведь несмотря на уверение Вики и Лены, я все еще ощущала себя убийцей.

— Ты в порядке? — Спросила я, едва за нами захлопнулась дверь.

— Мне кажется, это была моя реплика, — улыбнулся Эйнар одним уголком губ. — Я должен у тебя спрашивать, в порядке ли ты. Мне жаль, что ты увидела… это.

— Меня не так просто напугать, — покачала я головой.

Как странно. Вот так посмотришь, и начинает казаться, что иногда лучше вообще не иметь родителей. Хотя всю жизнь считала, что лучше хоть какие-нибудь, но мама с папой, чем приют.

— Знаю.

Эйнар оказался очень близко. Почти вплотную. Положил ладони на мои плечи, слегка сжав.

— Мне кажется, я еще не встречал человека отважнее тебя.

— Льстишь.

— Вовсе нет. Так с моим отцом не осмеливался разговаривать никто.

— Это я по-родственному, — хмыкнула я.

— Вряд ли он считает тебя родственницей. Он и меня-то членом семьи не считает.

Вроде бы сказал спокойно. Ни голос не дрогнул, ни интонация не выдала. Казалось, он давно смирился с тем, что родители относятся к нему как к подкидышу. Хотя это я сильно приукрасила. К подкидышам обычно относятся лучше. По себе знаю.

Но при этом я чувствовала, что где-то внутри все еще болит. Даже если он этого никогда никому не покажет. Даже если самому себе.

— Родственники — это всего лишь те, кто связан общей кровью. Они не обязаны быть идеальными, понимающими. Да даже просто хорошими людьми они могут не быть. И их совершенно необязательно нужно любить и почитать.

— Знаю.

И что-то крылось за этим коротким ответом. Он действительно знал. Понял спустя много лет. Научился отделять зерна от плевел.

Но чего ему это стоило? Большой вопрос.

Нужно в Виндзоре организовать какой-то надзорный орган, который не позволит родителям издеваться над детьми.

Боже, куда я лезу? Нет-нет! Никаких органов опеки! Мне бы хоть один приют в порядок привести! Если начать хвататься за все и сразу, получится ужас.

На все мои инициативы жизни точно не хватит! Пора начинать писать завещание детям.

Интересное будет завещание, кстати. Наверняка потомки спасибо скажут.