Книга Одержимость жестокого принца, страница 82 – Ксения Есенина

Разумеется, будет ещё шанс попасть на летнюю практику. Но если против меня ведётся война объединёнными силами двух влиятельных адептов, то таким темпом я вылечу из Академии уже к Новому году…

Мной начинает завладевать паника. Ладони холодеют, в горле становится сухо. Так, стоп, Шайла, возьми себя в руки! Нельзя позволить эмоциям взять верх.

— Адепт Дариус? — искренне удивляется Сальвия. — Откуда… То есть, что вы тут делаете?

— Ждал вас, профессор, — отзывается Кай будничным тоном. — Как раз хотел посмотреть на саженцы каменных цветков, — он поводит рукой в сторону разбитых горшков. — Как жаль, что они погибли.

— Вы всё это время были здесь? — уточняет ректор.

— Да. Я пришёл минут тридцать назад. Задремал в другом конце оранжереи. Меня разбудили голоса. — Кай стреляет в меня мимолётным взглядом. — Так вы хотели узнать, что произошло, господин ректор?

Я невольно сглатываю при виде озаривших лица Риди и Граб торжествующих улыбок. Не может быть. Значит, они все заодно?..

— Хорошо, — кивает ректор. — Я выслушаю вас обоих.

— Полагаю, будет лучше, если вы пригласите меня и адептку Шерман в свой кабинет по очереди, — предлагает Кай вежливо. — А потом сделаете выводы, насколько совпадают или не совпадают наши версии.

Аренберг снова кивает.

— Пройдёмте в мой кабинет. Профессор Сальвия, адептки Риди и Граб помогут вам прибраться.

Не удерживаюсь от кривой ухмылки при виде их недовольных лиц. Возразить они не смеют и только корчат рожи, красноречивой пантомимой намекая, что мне конец. И я сама верю в это, покидая оранжерею и машинально шагая следом за ректором.

Похоже, теперь многое, если вообще не всё, зависит от того, что скажет Кай. И у меня внутренности переворачивается от страха. Кай идёт впереди меня, так что мне остаётся любоваться на его затылок. Впрочем, я уверена, что его лицо по-прежнему непроницаемо.

И я понятия не имею, что творится в этой венценосной голове.

Вначале Аренберг приглашает меня. Второй раз за два месяца переступаю порог ректорского кабинета. Бросаю тоскливый взгляд на Принимающую Чашу. Даже думать не хочется о том, что мне придётся отдать свой амулет и покинуть Академию. Вцепляюсь в обсидиановый камень замёрзшими пальцами.

— Итак, мьес Шерман, я вас слушаю.

Сделав глубокий вдох, спокойно, без спешки рассказываю, как меня обманом заманили в оранжерею, как Нелла не дала мне уйти, а потом толкнула спиной на стеллаж с каменными цветами. О том, что всё это, возможно, устроил Кай, решаю не упоминать. Где-то в глубине души ещё теплится надежда на то, что Моран солгала.

Хотя я почти не верю, что Кай оказался в оранжерее случайно.

Ректор внимательно выслушивает мои объяснения, благодарит и отпускает кивком головы. Выходя в коридор, чуть не наталкиваюсь на принца. Он невозмутим. В золотистых глазах застыло безразличие. И на миг внутренности покрываются корочкой льда.

Кай скрывается за дверью, а я обнимаю себя за плечи. Мне остаётся только ждать.

Спустя несколько томительных минут, показавшихся вечностью, дверь открывается. Кай делает молчаливый приглашающий жест. Я уже даже не пытаюсь понять, о чём он думает, просто вхожу в кабинет, готовая ко всему.

— Мьес Шерман, — начинает Аренберг, и я внутренне подбираюсь. — Адепт Дариус полностью подтвердил ваши слова, начиная с момента, когда между вами и адепткой Моран началась словесная перепалка.