Онлайн книга «Контракт с монстром»
|
И вот я у ее двери. Запах здесь был самым сильным, самым сладким и мучительным. Звериная морда, уже готовая сорвать дверь с петель, дрогнула. Сквозь ярость и нетерпение вдруг пробилась щемящая, идиотская боязнь — напугать ее. Вломиться к ней в таком виде, диким, покрытым дорожной пылью и лесной хвоей, с горящими от лунного безумия глазами… Нет. Я выдохнул, заставив свое тело сжаться, кости затрещать и перестроиться. Через несколько секунд я стоял на двух ногах, дрожа от напряжения, исходящего от пустого коридора. Лишь тогда я переступил порог. Медленно, почти робко. Комната Юли… оказалась пуста. Она была вычищена, стерильна, как номер в гостинице после отъезда постояльцев. Ничего. Ни единой ее вещицы. Ни любимого толстого свитера, висевшего на спинке стула. Ни разбросанных на туалетном столике заколок, резинок, флакончиков с кремами. Ни книг, сваленных стопкой у кровати. Даже запах, тот самый яркий запах, здесь был не живым, а остаточным, как призрак, медленно рассеивающимся в застоявшемся воздухе. Я замер посреди комнаты. Мозг отказывался понимать. Глаза скользили по пустым полкам, по идеально заправленной кровати, по голой поверхности тумбочки. Шок был ледяным ударом в солнечное сплетение. Он вышиб из легких весь воздух, оставив внутри вакуум, звенящую, оглушительную пустоту. И тогда все сошлось. Все, до последней чертовой мелочи. Ее странная покорность в последние дни. Избегающие взгляды моей матери. Шепоты за спиной, которые я игнорировал, пытаясь сохранить хрупкий мир. Нападки на Юлю, на ее право быть здесь… Это не было просто неприятием. Это был план. Из моей груди вырвался звук. Не человеческий крик, а низкий, сдавленный, звериный рык, полный такой бессильной ярости и боли, что стекла в окнах задребезжали. Плевать. Плевать теперь на все! Пусть просыпается весь этот проклятый особняк! Пусть вылезают из своих постелей и смотрят мне в глаза! Я развернулся и вылетел обратно в коридор. Мои шаги гулко отдавались в тишине. Я не сдерживал больше ни звуков, ни силы. Я знал, чьих рук это дело. И знал, что никаких отношений, которые я так тщетно пытался «сберечь» с матерью и братом, уже давно не было. Была только холодная, расчетливая война. И они сделали свой ход, похитив у меня самое ценное. — Где она?!! — мой рев потряс стены. — Немедленно ко мне! Отвечайте, что вы с ней сделали?! * * * Юля Следуя легенде, я выложила перед Игнатом всю свою жизнь, как выкладывают на стол потрепанные, выцветшие фотографии. Я рассказала ему о том, как еще ребенком потеряла маму — ее образ в моей голове был уже смазан, как старая акварель, осталось лишь чувство бездонной, тихой грусти. Потом — об отце, который растворился в тумане разрушенного войной города, о нашей последней встрече, когда я впервые увидела его в волчьем обличье, но почему-то долгие годы этого не помнила. Рассказала, как вместе с Денисом, маленьким и испуганным, мы попали к бабушке в Светоч. О том, как после войны, там медленно текло время. Как в бабушкином доме пахло пирогами и старой древесиной, о тяжелом, неизбежном взрослении, об учебе, работе. И как мы снова остались одни. — Денису требовалась операция. Там бы ему никто не помог. Мне пришлось рискнуть и поехать в Лунмар, чтобы спасти жизнь брата. А потом я узнала, что мой отец был из Белых Стражей. |