Книга Лотос и роза, страница 43 – Марья Зеленая

— Двести?! Да этот жадный ублюдок...

— Тише, — Харгрейвз положил руку ему на плечо. — Успокойтесь.

Тот замолчал, но желваки продолжали играть.

— Рыжий дьявол вспыльчив как бешеная собака, — заметил Тун.

Харгрейвз выждал паузу, давая Кэрроу успокоиться, затем заговорил:

— Двести — слишком много. Сто пятьдесят — разумная цена за разумную услугу.

— Скажи этой ходячей куче навоза, что я очень великодушен и согласен на сто пятьдесят таэлей, — ответил Тун. — Но, — с усмешкой добавил он, — пусть они заплатят за девушек сегодня вечером. Мне нужны две. Скажи рыжим чертям, что это дополнительные расходы. Пусть заплатят.

Лян повернулся к британцам.

— Мандарин Тун соглашается на сто пятьдесят таэлей за документы и услуги. Он также отмечает... что это заведение предлагает услуги весьма искусных куртизанок. Лучших в Нанши.

Пауза. Взгляд скользнул между варварами и мандарином.

— Возможно, почтенные господа захотят... проявить щедрость и обеспечить приятное времяпрепровождение для всех участников переговоров. Это укрепило бы деловые отношения.

Харгрейвз понимающе прищурился — старый волк сразу уловил суть.

— А-а, — протянул он. — Понимаю. Он хочет, чтобы мы оплатили... развлечения.

Он обменялся взглядом с Кэрроу. Тот все еще был красным от гнева, но кивнул.

— Хорошо, — согласился Харгрейвз. — Скажи мандарину, что мы позаботимся о расходах на... гостеприимство. Для него и для нас. И он получит свои сто пятьдесят таэлей. Половину сейчас, половину — когда документы будут готовы.

Лян перевел. Тун довольно кивнул.

— Очень хорошо. Эти варвары не настолько тупы как кажутся, — усмехнулся он. — Половину сейчас, половину потом. Согласен. Но скажи этим псам, если что-то пойдет не так, я их не знаю. Никогда не видел. Я императорский чиновник. Они — вонючие иностранцы. Кто поверит слову иностранцев?

— Мандарин подчеркивает важное условие. Если что-либо пойдет не так, он не имеет к этому отношения. Официальная позиция будет такова, что почтенные господа действовали самостоятельно, без его ведома.

Харгрейвз нахмурился, но кивнул.

— Договорились, — откликнулся он.

Никто не протянул руки для рукопожатия. Просто кивнули друг другу.

Сделка заключена.

Двадцать жизней проданы за сто пятьдесят таэлей серебра.

Харгрейвз наклонился, достал саквояж, поставил на стол.

Приоткрыл. Внутри блеснуло серебро.

— Семьдесят пять таэлей, — произнес Харгрейвз, доставая слитки один за другим и выкладывая на стол.

Мандарин подался вперед. Взял первый слиток, взвесил на ладони, поднес к свету, изучая клеймо. Затем второй. Третий.

Лян наблюдал за этим с холодным отвращением: «Алчная свинья! Когда мы очистим Поднебесную от прихвостней Сатаны, таких, как ты, Тун, обезглавят первыми».

Наконец мандарин удовлетворенно кивнул. Дважды хлопнул в ладоши. Дверь отворилась, в проеме появился громила. Тун указал ему на серебро:

— Спрячь надежно.

Телохранитель достал из-за пояса мешок, сгреб туда слитки и исчез так же бесшумно, как появился.

Тун потянулся, расслабляясь. Похотливая улыбка расползалась по лицу.

— Девки здесь молоденькие и тугие, — он облизал мясистые губы. — Не могу дождаться, когда с ними повеселюсь.

Он презрительно хмыкнул, кивнув в сторону Кэрроу и Харгрейвза.

— Слышал, варвары очень быстро кончают. Два-три раза дернется, как курица с отрубленной головой — и все. Пьют молоко — оттого и молоко у них вместо семени течет.