Книга Злодейка желает искупления, страница 64 – Татьяна Антоник, Аника Град

— А жасмин ты не чувствуешь? — кривился Яо Веймин. — Опять этот приторный дух. Словно весь гарем вылил на себя благовония. Еще немного, попрошу Юншэна запретить жасмин.

Молодой генерал растерянно заморгал.

— Генерал? Да мало ли персика и жасмина в стенах дворца? Да каждая наложница...

— Не каждая, сочетание резкое и непривычное, — отрезал Яо. Его нос дрогнул. — И запах... не из флаконов. Он дикий. Сладковато-горький. — Он сделал шаг вперёд, его взгляд скользнул по черепице, будто прощупывая каждую впадину. — И сегодня он здесь. Может, любитель этого запаха тоже пробрался в Запретный город?

Я вжалась в камень, стараясь не дышать и проклиная себя. Впредь буду знать, что мое любимое сочетание: персик и жасмин вызывают у Яо Веймина разные тревоги.

— Прикажи, — Яо Веймина передернуло, — чтобы с завтрашнего дня наложили запрет на персиковые и сливовые благовония во всём дворце. Для всех. От наложниц до кухонных служанок. Сообщи управляющему гаремом: если у кого-то найдётся флакон — высечь публично.

Кэ Дэшен не понял гнева Яо Веймина, но он не посмел задавать вопросы. Яо ещё секунду всматривался в темноту над министерством. Его синие глаза, казалось, видели сквозь тень. Потом он резко развернулся:

— И проверь караулы здесь. Спит стража — значит, крысы бегают.

Он ушёл, его шаги гулко отдавались по плитам. Я не двигалась, пока звук не растворился вдали. Только тогда позволила выдохнуть.

Увидела предостаточно, готова пробраться в логово Лянь Суаня позже, но и успела жутко перепугаться. Он запомнил. Не просто запах — мой запах. Как шершень запоминает кровь обидчика, чтобы после отыскать нападавшего и ударить по нему всем гнездом.

Я отползла, не к окну кабинета — к дальнему краю крыши. Спуск был опаснее подъёма. Камень крошился под пальцами. Когда нога нащупала опору на старом дубе за стеной, я поняла — трясусь. От страха. От вскипевшей обиды. Между прочим, Яо Веймин назвал свою бывшую императрицу крысой. Даже ненавидя меня, он такого не позволял.

А сам? Охотник, чующий жертву за версту.

— Волчара...— прошипела я в ночь, глотая привкус страха и гнева. — Мы ещё встретимся. И тогда посмотрим, чей запах будет последним, что ты почувствуешь, узнав меня.

К рассвету я вернулась в поместье Шэнь. Удивительное дело, но никаких приключений на пути не встретила.

Я лениво и не очень аккуратно раскладывала свои же собственные наряды, а Лю Цяо пыталась научить меня делать это правильно.

— Госпожа, так все помнется, смотрите... — принялась она заново показывать.

Кажется, мне под силу восстать из мертвых, сразиться с известным генералом, потерять жизнь и забрать его жизнь с собой, но тяжелую науку горничной познать не дано.

Прошло больше недели с моей вылазки. Завтра Лю Цяо и я, в качестве ее сопровождения, отправимся на отбор. В указе императора было сказано, чтобы отправили еще двух служанок, но Шэнь Куон счел, что для будущих наложниц какие-то безродные девы не подходят. Вызвал далеких родственниц клана Шэнь. Что же, первая здравая мысль в его маленьком разуме. Будь я на его месте, я бы поступила также.

Я страдала от скуки и неизвестности. Хотелось выяснить, получилось ли у Лин Джиа тайно встретиться с Юншэнем. Я сделала все от себя зависящее, очень постаралась, чтобы старая подруга нашла свое счастье, но основная работа за ней. Как сама Лин Джиа чего бы не испортила.