Книга Поцелуй обреченной королевы, страница 80 – Алиса Вишня

Он кивнул, как будто ожидал такого ответа.

Он подошел вплотную. Не угрожающе. Просто чтобы лучше видеть ее лицо.

— Ты сказала вчера, что любишь меня.

Мегана не ответила. Она не собиралась повторять эти слова, пока не услышит их же от него.

Он не стал настаивать, перешел к другой теме.

— О пещере! — сказал он — Ты знала о заговоре. Видела меня в… таком состоянии. Ты была живым свидетельством, который мог разрушить все.

Он говорил спокойно, аналитически, как будто обсуждал тактику.

— Но ты никому не сказала, хотя могла бы.

— Нет.

— Из-за любви ко мне?

Мегана закусила губу, собираясь с мыслями.

— И это тоже. А еще… Я говорила тебе вчера — у нас общая цель, но методы разные. Я тоже не хочу, чтобы Эдмон стал королем.

— Почему? Ты едва знаешь его.

Это был момент истины. Она могла снова солгать, отшутиться, замолчать. Но после ночи в темноте, после его обнаженной боли, ложь казалась кощунством. Она должна была дать ему часть правды. Ту, что можно было объяснить.

— Я видела, каким он был при дворе! — начала она осторожно — Добрым. Мягким. И… абсолютно не готовым нести бремя короны. Он болеет, Клауд. Он не переживет давления, интриг, ответственности. Он сломается. А когда король слаб… его окружают шакалы. Представь, что будет... Страну разорвут на части. Начнется война всех против всех. И в конце концов придет кто-то сильный, кто наведет порядок. Но страшной ценой.

Она говорила, глядя ему прямо в глаза, вкладывая в слова весь ужас, который она помнила из своего будущего-прошлого. Ужас не бунта, который он поднял, а той анархии, что ему предшествовала, когда Эдмон, став королем, просто не смог править.

Клауд слушал, не перебивая. Его лицо было непроницаемым, но в глазах горел интенсивный, сосредоточенный свет.

— Ты говоришь так, будто уже видела это! — тихо сказал он.

Она вздрогнула. Слишком близко к правде.

— Я видела достаточно при дворе за то короткое время! — быстро парировала она — Видела, как интригуют вокруг него. Видела, как королева-мать ненавидит его. Видела, как советники смотрят на него не как на повелителя, а как на марионетку. И я не хочу, чтобы моя сестра, Марианна, стала вдовой и пешкой в этих играх. И не хочу, чтобы королевство скатилось в хаос.

Он долго смотрел на нее, словно пытаясь разгадать ребус.

— Твоя проницательность пугает! — наконец произнес он — Но ты права. В главном. Эдмон не должен стать королем. Но твой метод — просто ждать, пока все само рухнет? — он покачал головой — Это приведет к тому же хаосу, которого ты боишься.

— А твой метод? — выпалила она, чувствуя, как нарастает давнее возмущение — Тайный сговор с каринянами? Подкуп офицеров? Гражданская война? Ты думаешь, после этого будет порядок? Ты будешь сидеть на троне, у которого фундамент полит кровью твоих же соотечественников и вымощен договоренностями с врагами! Как долго продержится такая власть? Тебя возненавидят. И найдутся новые Клауды, которые решат, что они лучше.

Она выпалила это на одном дыхании, и ее слова повисли в тихом воздухе двора, резкие и неумолимые. Она ждала взрыва, гнева, чего угодно.

Но Отшельник лишь усмехнулся. Горько, устало.

— Ты не лезешь за словом в карман! — заметил он — И снова права. Война — последнее дело. И союз с каринянами… это яд, который отравит все, чего я хочу достичь. Я это понимаю. Но что остается? Ждать, пока Эдмон официально вступит на престол и начнет своим добром раздавать куски страны всем, кто попросит? Пока королева-мать, со своей кликой, не выжмет из страны последние соки?