Книга Фрейлина поневоле, страница 86 – Алексей Фирсов

— О Шекспире, Ваше Величество, — я посмотрела ей прямо в глаза, не моргая. Лучшая ложь — это часть правды. — И о лондонских кофейнях, где виги и тори готовы перерезать друг другу глотки из-за налогов. Лорд тоскует по дому. Его сердце уязвимо.

Императрица задумчиво постучала длинным ногтем по подлокотнику.

— Уязвимое сердце дипломата — это подарок судьбы для мудрого правителя, Анна, — произнесла она, и ее тон мгновенно изменился, став жестким и сухим. — Гаррис — лис. Он приехал сюда не стихи читать. Он прислан, чтобы втянуть Россию в войну, которая нам не нужна, и навязать союз, выгодный лишь британской короне. Он будет плести интриги, подкупать сенаторов и искать подходы к моим министрам.

Она наклонилась вперед, опираясь локтями о стол.

— Я знаю, что Светлейший князь просил тебя приглядывать за англичанином. Григорий Александрович любит сложные игры, — Екатерина произнесла имя Потёмкина с легким вздохом, в котором смешались усталость и привычная снисходительность. Она знала о задании. Конечно же, она знала. — Но я хочу, чтобы ты помнила, на чьей доске ты играешь, Одоевская.

— Моя преданность принадлежит только вам, Ваше Императорское Величество, — я почтительно склонила голову.

— Оставь, — отмахнулась она. — Преданность при дворе — валюта ненадежная. Мне нужен результат. Гаррис ищет союзников. Он будет использовать твою красоту и твой ум, чтобы подобраться ко мне и к Потёмкину. Позволь ему думать, что он добился успеха.

Екатерина взяла свою белую ладью и одним резким движением сбила моего коня с доски.

— Стань его наваждением, Анна, — холодно приказала Государыня. — Выведай, какие суммы он привез для подкупа. Узнай, кто из моих министров тайно симпатизирует Лондону. Пусть он шепчет тебе свои секреты на ушко в перерывах между вздохами. Но если я узнаю, что ты начала играть на два лагеря… или, не дай Бог, влюбилась в эти печальные серые глаза…

Она не стала договаривать. Угроза повисла в воздухе, тяжелая и неотвратимая, как лезвие топора.

— Шах, дорогая моя, — добавила она с ледяной вежливостью.

Я посмотрела на доску. Мой король был зажат в ловушку. Я снова оказалась между молотом и наковальней. Потёмкин требовал, чтобы я стала любовницей англичанина, Императрица требовала того же, но с двойным контролем. А под периной в моей спальне лежали страстные письма от Николая, пока мое сердце рвалось в Париж, к Александру.

— Я поняла вас, Матушка, — я осторожно передвинула короля, уходя от шаха, хотя позиция оставалась безнадежной. — Лорд Мальмсбери не получит от меня ничего, кроме иллюзий. А вы получите все его тайны.

Екатерина удовлетворенно кивнула.

— Вот и славно. На сегодняшнем балу не отходи от него. Пусть весь двор видит, что посланник Георга III пленен русской красотой. Это собьет спесь с французского посла, а нам даст время для маневра. Ступай.

Я поднялась, сделала идеальный, выверенный до миллиметра реверанс и покинула покои.

Выйдя в пустой коридор, я прислонилась спиной к прохладной мраморной стене и прикрыла глаза. Игра усложнялась. Джеймс Гаррис не был простаком, которого можно легко обвести вокруг пальца. Он был гением дипломатии. Чтобы вытащить из него государственные тайны Англии, мне придется подойти к нему так близко, что грань между шпионажем и изменой исчезнет вовсе.