Книга Измена. Три яблочка для кицунэ, страница 16 – Милла Мир

— Какой штраф?!

— Десять монет.

— Это грабёж!

— Это справедливость, — Мэй пожала плечами. — Или ты хочешь обсудить это лично? — кицунэ приподняла лисьи уши, сосед незамедлительно замолчал.

Через десять минут мальчишка-слуга принес десять монет и забрал петуха.

— Обратно? — удивился Горо. — Мы же хотели…

— Я пошутила, — Мэй взяла монеты. — Купим курицу на рынке. А это – на новые семена для Такэо.

Старый садовник наблюдавший за сценой одобрительно кивнул:

— Госпожа, вы хитрая, как лиса.

— Я кицунэ, — усмехнулась Мэй.

На четвёртый день в доме появились первые гости. Точнее, не совсем гости. Соседи. Новости распространялись быстро. Слухи о том, что в доме Кэнтаро появилась "странная девушка с лисьими ушами", разлетелись по округе за три дня. Вариантов было множество:

— Говорят, Азуми умерла, а в её тело вселился злой дух.

— Говорят, она кицунэ, которая пришла отомстить.

— Говорят, она съела Кэнтаро и теперь ходит в его шкуре.

— Говорят, у неё девять хвостов и она может превращаться в дракона.

Последний вариант особенно позабавил Мэй:

— Дракона? — переспросила она, когда Юки пересказывала ей слухи. — Серьёзно?

— Говорят, вы дракона убили и теперь носите его чешую, — серьёзно сказала девушка.

— Какую чешую? Я в кимоно.

— Ну… может, под кимоно.

Мэй рассмеялась:

— Передай всем, что я не дракон, не злой дух и не людоедка. Я просто лиса. Которая, кстати, очень любит сладости. Если кто принесёт рисовых колобков или сладких пирожков — я буду очень благодарна.

Юки с сомнением посмотрела на хозяйку:

— Вы уверены, госпожа? Люди вас боятся.

— Пусть боятся, — улыбнулась Мэй. — Но, и в тоже время, пусть приносят мне вкусные пирожки.

К обеду на пороге появилась первая смелая душа: сгорбленная, в поношенном кимоно старушка из соседней деревни с корзинкой в руках. Она долго топталась у ворот пока Рэн не заметил её и не позвал Мэй.

— Здравствуй, бабушка, — лисичка вышла на крыльцо стараясь не напугать гостью.

Старушка подняла голову, посмотрела на неё долгим взглядом:

— Ты… ты Азуми?

— Прежняя хозяйка тела умерла. Меня зовут Мэй.

— Мэй, значит, — старушка кивнула. — Я слышала про тебя.

— Хорошее или плохое?

— Всякое, — старушка протянула корзинку. — Вот. Сладкие пирожки. Сказали, ты любишь.

Лисичка взяла корзинку, заглянула внутрь. Пирожки были ещё тёплыми, пахли мёдом и кунжутом.

— Спасибо, бабушка, — искренне сказала она. — Заходи пить чай.

— Не, — старушка покачала головой. — Я так, посмотреть пришла. Ты не злая.

— А какой я должна быть?

— Говорили, злая. А ты обычная. Только уши… — бабушка указала на голову Мэй. — Уши у тебя настоящие?

Мэй прислушалась к себе. Уши выскочили сами, стоило ей обрадоваться пирожкам:

— Настоящие. Хотите потрогать?

— Не, — старушка отступила. — Я лучше пойду. Ты это… не обижай никого, а? Люди боятся.

— Я никого не обижаю, — Мэй улыбнулась. — Только тех, кто обижает слабых.

Старушка кивнула, развернулась и ушла, бормоча что-то под нос.

Любопытная Юки выскочила из дома:.

— Госпожа, что она вам сказала?

— Что я не злая, — Мэй взяла пирожок, надкусила. — И что у меня настоящие уши.

— А вы дали ей потрогать?

— Нет. Она не захотела.

— А я могу? — выпалила Юки и тут же покраснела. — Простите, госпожа, я не должна была…

— Можешь, — Мэй наклонила голову. — Только аккуратно.