Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 57 – Анастасия Энковская

Не зло. Не победно. Совсем иначе.

Наверное, именно эта улыбка и выдала меня сильнее любого ответа.

— Да все, — сказала я тихо.

Арден не шелохнулся.

— Это не ответ.

— Нет, как раз ответ, — подняла я на него глаза. — Просто не тот, который вам понравится.

Я сама слышала, как меняется мой голос. Из него ушла колючесть. Ушла усталость. Осталось что-то другое — спокойное, живое, почти удивленное тем, как легко о нем говорить, если не защищаться, а просто вспоминать.

— Костя… — я выдохнула его имя и уже не смогла сдержать эту дурацкую, нежную улыбку. — Он не пытался быть для меня удачным выбором. Не предлагал мне красивую жизнь в обмен на согласие. Не рассказывал, как мне повезло, что он вообще обратил на меня внимание. Он просто был рядом. По-настоящему. Так, что рядом с ним мне не нужно было все время быть начеку.

Арден смотрел очень внимательно. И почему-то именно это заставило меня говорить дальше. Не потому, что я хотела ему что-то доказать. А потому, что, когда речь шла о Косте, доказательства вообще были не нужны.

— Знаете, есть мужчины, рядом с которыми женщина все время что-то должна изображать, — продолжила я. — Красоту. Мягкость. Благодарность. Правильность. Восхищение. Есть мужчины, рядом с которыми нужно быть удобной, спокойной, вовремя молчать и вовремя улыбаться. А с ним ничего этого не нужно было. Я могла быть злой, уставшей, смешной, вредной, растрепанной, молчаливой, вообще не в настроении, и он все равно смотрел на меня так, будто я — центр его мира, его вселенной.

Я коротко усмехнулась, опустив взгляд. Господи. Ну вот и все. Стою перед драконом посреди чужого двора и рассказываю ему о любви так, будто мне снова двадцать и я сижу ночью на кухне с подругой. Но остановиться уже не могла.

— Он надежный, — сказала я тише. — Не в том скучном смысле, когда мужчина просто оплачивает счета и не забывает выносить мусор. Хотя это, между прочим, тоже полезное качество. А в другом. С ним не страшно. Вообще. Даже когда страшно все вокруг. Понимаете разницу?

— Возможно, — ответил Арден.

Но я уже знала, что не понимает. Не до конца. И в этом не было ни его вины, ни моей. Просто мы с ним действительно были из разных миров. Причем не только буквально.

— Он не громкий, — продолжила я. — Не из тех, кто будет бесконечно красиво говорить, завоевывать комнату одним голосом и заставлять всех вокруг собой любоваться. Но если он рядом, ты это чувствуешь сразу. Как стену за спиной. Как дом. Как что-то очень настоящее. И еще… — я снова подняла глаза и уже не смогла удержаться от совсем мягкой улыбки, — он умеет заботиться так, будто это не подвиг, а естественная часть жизни. Поправить шарф. Сделать кофе. Молча принести плед, когда ты замерзла, даже если сама еще не успела это признать. Запомнить, какую яичницу я люблю. Понять по лицу, когда ко мне лучше не подходить первые десять минут после пробуждения. Не потому, что он такой идеальный герой, а потому, что он… мой. Понимаете? Мой человек.

На этих словах у меня сдавило горло. Не от слез даже. От нежности, которая вдруг так резко поднялась изнутри, что стало трудно дышать. Я ведь и правда сейчас не просто вспоминала. Я снова была рядом с ним. Видела его руки, его взгляд, его молчаливую заботу, его упрямую, взрослую любовь, в которой не было красивого шума, зато было все, на чем держится жизнь.