Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 55 – Анастасия Энковская

— Как ваше утро, Алина? — спросил он.

— До этой минуты было неплохое, — честно ответила я.

Его взгляд чуть сузился, но только на долю секунды. Потом он протянул мне букет.

— Это вам.

Я перевела взгляд на цветы. Белые, кремовые, с легким запахом — к счастью, не слишком резким, иначе мой завтрак имел бы шанс очень быстро с нами попрощаться. Красиво. Очень красиво. И совершенно неуместно. Не потому, что цветы сами по себе плохи, а потому, что в руках Ардена они выглядели не как часть естественного порыва, а как осмысленный пункт стратегии: женщины любят цветы, значит, цветы должны работать.

— И что это значит? — спросила я, не беря букет.

— То, что я намерен исправить первое впечатление, — ответил он ровно. — Полагаю, оно оказалось… неудачным.

Я чуть приподняла брови.

— Неудачным? Надо же, как деликатно. А я-то думала, вы назовете это «некоторыми сложностями в начале нашего знакомства».

Он не отвел взгляда.

— Если вам будет угодно.

— Мне будет угодно, если вы не станете называть наше знакомство тем, что можно исправить цветами.

Он помолчал. Потом все-таки опустил руку с букетом, но не отступил.

— Я не намерен принуждать вас к разговору, который вы не хотите вести.

— Какая неожиданная щедрость.

— Но я намерен, — продолжил он так, будто моей колкости просто не существовало, — дать вам время увидеть меня не только с той стороны, которая открылась вам в замке.

Я уставилась на него.

Господи. Он и правда это делал. Он действительно решил ухаживать. По-своему. По-драконьи. Не неловко, не пылко, не очаровательно — нет, конечно. Арден не умел быть очаровательным в земном смысле. Он подходил к этому как человек, привыкший исправлять стратегические ошибки: признал неудачный первый ход, выстроил новую линию поведения, прибыл лично, привез цветы, начал с корректной формулировки. Если бы не обстоятельства, это даже можно было бы счесть почти трогательным.

Но обстоятельства были.

— Арден, — сказала я наконец, — вы можете быть сколь угодно красивым, сильным, богатым и высоким. Можете привозить мне цветы хоть каждое утро, если, конечно, сад не кончится раньше вашего терпения. Но это не изменит главного. Я не хочу быть вашей.

Он выдержал это спокойно. Слишком спокойно. И в этом, как ни странно, было опасное достоинство: он не начинал спорить с очевидным для меня чувством, а просто продолжал стоять в своем убеждении, что время — на его стороне.

— Я услышал вас и в первый раз, — сказал он. — Но это не означает, что я должен отказаться от попытки заслужить ваше более благосклонное мнение.

Я тихо выдохнула и посмотрела на букет еще раз. Цветы, кстати, действительно были красивые. Это бесило особенно сильно.

— А вы всегда ухаживаете так, будто подписываете торговое соглашение между двумя державами? — спросила я.

На этот раз в его глазах мелькнуло что-то очень близкое к живому раздраженному веселью.

— Нет. Обычно у меня нет необходимости ухаживать.

— О, я даже не сомневалась.

Он чуть склонил голову.

— Тем интереснее.

Вот тут я уже почти закатила глаза. Не показно, а из самой глубины души.

— Лисса, — позвала я, не отрывая взгляда от Ардена. — Возьмите, пожалуйста, цветы. Поставьте… куда-нибудь.

Служанка, явно не верившая собственному счастью от возможности поучаствовать в этой странной сцене, тут же подскочила и приняла букет с таким благоговением, будто ей вручили доказательство великой любви, а не очередной симптом драконьей настойчивости.