Книга Договор с Двуликим. Вторая жизнь маркизы, страница 125 – Майя Марук

Смерть была долгой, мучительной, страшной. Слуга, который принес вино, старался не смотреть на женщину, дергающуюся в петле. Евнух, хоть и видел за свою жизнь немало трупов, тоже отводил взгляд. А вот Императрица внимательно наблюдала за тем, как уходит жизнь из тела предательницы. Не потому, что испытывала радость от победы. Просто она привыкла принимать последствия своих решений.

Когда наложница Цян перестала двигаться, а руки повисли вдоль тела безжизненными плетями, Императрица произнесла:

— Наложница не выдержала позора, от поступка отца, и, не желая осквернять имя Императора, покончила с собой. Мы скорбим об утрате. Тело наложницы будет захоронено без почестей, но с соблюдением традиций.

Евнух и все присутствующие поклонились и замерли в этой неудобной позе. Тело в петле перестало раскачиваться.

— Императрица довольна? — спросил скрипящий голос старика.

Высокая тень Двуликого появилась в десяти шагах от мертвеца.

— Императрица довольна, господин, — ответила женщина и опустилась на колени перед божеством. — Я готова исполнить любой ваш приказ.

— Помни о нашем уговоре, женщина. Твои потомки будут править до тех пор, пока будут процветать потомки Благородной Супруги. Если с кем-то из детей, внуков, правнуков что-то случится, вся династия падет и на драконий трон сядет потомок третьего князя.

— Мой род будет помнить о договоре с господином.

Двуликий кивнул и исчез, так же незаметно, как и появился.

Мин-Сю

— Госпожа, не волнуйтесь, — шептала Мэй, стоя рядом. — Господин обязательно придет.

Из-под плотной шелковой фаты я ничего не могла рассмотреть. Видела только ноги служанки и испытывала неприятное чувство повтора. Выходя замуж за маркиза, я точно так же сидела в комнате и смотрела на ноги Мэй. Фэн-Жун в ту ночь не пришел. Так, он первый раз показал свое пренебрежение законной женой. Тогда я чувствовала острую обиду. Наивная Мин-Сю, которая видела трепетную заботу отца о матери, была уверена, что Фэн-Жун будет заботиться о ней так же. Сейчас, совершив второй брачный обряд, мне хотелось верить, что такое больше не повториться. Но время шло. Хань-Шэн тоже не появлялся. Я нервно теребила подол свадебного наряда и не знала, куда себя деть.

— Все в порядке, — ответила я служанке и протянула ей руку.

Голос дрогнул. Надо же, я столько всего пережила, а отсутствие мужа в брачную ночь все равно причиняет боль.

— Еще рано, — Мэй сжала мою ладонь. — И Император в поместье. Князь не может просто взять и уйти.

Она, как никто, понимала, что сейчас происходило у меня в душе.

— Конечно. Ты права.

Мы замолчали. Я пыталась сохранить достоинство. И убедить себя в том, что даже если Хань-Шэн и не придет, то он уже достаточно сделал для того, чтобы я не жалела об этом браке.

— Мэй, — обратилась к служанке, минут через двадцать. — Принеси воды. И гаси свечи. Уже совсем поздно.

— Я сам погашу.

Я не слышала, как открылись двери, но почувствовала, что стало холодней. Мэй тут же убрала руку и прошла вперед.

— Господин, — сказала она, и следом раздались торопливые шаги.

Сердце сжалось от радости и немного от стыда за то, что я в нем сомневалась.

— Прости, — голос князя стал как будто мягче, — я не хотел, чтобы ты волновалась.

— Я все понимаю. Гости и Император требовали твоего внимания.