Книга Договор с Двуликим. Вторая жизнь маркизы, страница 127 – Майя Марук

— От тигра щенки не рождаются, — глубокомысленно сообщил мужик в засаленном ватнике, услышав про роль маркизы в раскрытии заговора.

Повозка князя Хань появилась как раз в тот момент, когда Фэн-Жуна поставили на колени перед толпой. В жалких тюремных одеждах он уже не выглядел таким важным и гордым, как в тот день, когда Мин-Сю увидела его в первый раз. Несмотря на жалкий вид, ни жалости, ни сожалений Мин-Сю не почувствовала. Она стояла рядом с мужем и в глубине души радовалась, что на коленях стоит маркиз, а не ее отец и братья.

К моменту казни Фэн-Жун был достаточно измучен, чтобы не обращать внимания на происходящее. Его тело было истерзано тюремными крысами, а разум — ночными кошмарами. Он не думал о конце жизни, не анализировал ошибки, которые привели к такому печальному концу. Даже о матери не вспоминал. Эти люди как будто стерлись из памяти и потеряли для него значение. Он ничего не чувствовал. Ничего не хотел.

Когда колени коснулись деревянного помоста, бывший маркиз поднял глаза и сквозь пелену серого забвения увидел прекрасную женщину: черные шелковые одежды с алыми лотосами подчеркивали белизну кожи, золотые украшения говорили о высоком статусе, а холодные глаза… Вдруг эти глаза показались знакомыми. Приговоренный вздрогнул и вдруг понял, что этой знатной госпожой была Мин-Сю. Его отвергнутая и униженная жена. Которая должна была забиться в дальний угол и бояться показаться на глаза людям. Вот только забитой и испуганной бывшая маркиза не выглядела.

Она стояла рядом с князем. Люди старались держаться от господ на почтительном расстоянии. Судья читал приговор. Бывшая жена смотрела прямо ему в глаза не моргая. Фэн-Жун теперь окончательно убедился, что все его кошмары были не просто снами. Они были реальностью. Все, что он видел во сне, он когда-то сделал с Мин-Сю. И она эти поступки и слова помнила. Он понял, где допустил ошибку. Но это осознание стало последним, что произошло с маркизом при жизни. Палач работал профессионально. Один взмах и голова предателя покатилась по деревянному помосту.

Маркиз был казнен. Род Фэн оборвался. Маркизат был уничтожен. Позже свидетели казни будут рассказывать о том, как княгиня Вэй улыбнулась, увидев, как катится голова преступника.

* * *

Мин-Сю

— Не испугалась? — спросил муж, когда мы вернулись в поместье.

Казнь Фэн-Жуна не стерла обид прошлой жизни, но принесла ощущение завершенности. Теперь все было по-настоящему закончено. Дышать стало легче, словно с груди убрали хомут, который сжимал грудь все это время, но который я не замечала.

— Нет, — улыбнулась и взяла мужа за руку. — Я рада, что все закончилось.

Пальцы князя сжали мою ладонь.

— В следующий раз вернемся сюда летом, — Хань обвел взглядом главный двор. — Зимой здесь не так красиво.

В поместье тем временем царил хаос. Слуги переносили сундуки, горшки, короба. Пять дней назад поместье покинули Император с супругой. Им нужно было вернуться в столицу и решить, как поступить со вторым князем и семьей наложницы Цян. После смерти дочери знатного рода, чиновники и народ столицы требовали объяснений от трона и задерживаться в уезде было нельзя. Теперь пришла и наша очередь покидать поместье.

— На рассвете можем выезжать, — сообщил Хань и обнял меня. — Сейчас не самое лучшее время для путешествий, но, я не хочу оставлять тебя без присмотра.