Книга Королева меняет цвет, страница 79 – Татьяна Миненкова

Лис хмурится, снимает очки и касается прикрытых век кончиками пальцев. Если бы я его не отвлекла, он вряд ли сам заметил бы, что тоже устал.

— Ну поступи не на бюджет, — я пожимаю плечами, достаю из кармана жвачку и кладу в рот. — Не поверю, что твой отец не найдёт денег на обучение сына-отличника.

До того, как уйти в депутаты, Виктор Князев был бизнесменом, причём, довольно успешным. Насколько мне известно, его дело процветает и по сей день, принося владельцу неплохой доход. К чести Лиса, он никогда не кичился собственной обеспеченностью, но то обстоятельство, что родители никогда и ни в чём ему не отказывают, давно воспринимается в школе как нечто само собой разумеющееся.

— Поправочка. — На губах Елисея появляется печальная усмешка. — Он найдёт деньги только в том случае, если я поступлю туда, куда он хочет, а идти в политику по его стопам я не собираюсь.

Надо же, оказывается, ботаникам не чужды проблемы простых смертных. С лёгкой руки Шестакова над образом Князева в моей голове много лет бытуют надписи «придурок», «тупой баран», безропотно следующий воле учителей и родителей. Я привыкла этому верить. А сейчас смотрю на Лиса по-новому. У него тоже есть своё мнение и свои цели, только добивается он их не дебошами, а собственными силами, как взрослый.

— А ты чего хочешь? — задумчиво разглядываю Князева так, словно увидела впервые, но он прежний: те же глаза, цвета первой весенней травы; те же взъерошенные волосы оттенка медной проволоки; те же острые скулы и веснушки.

— Я хочу поступить в РАНХиГС[1] на факультет юриспруденции. Там не только бюджетных мест всего десять, но и платных столько же. И всё же, если наш проект окажется лучшим, Ирина Витальевна направит документы в край с возможностью защитить его там. А если получится занять место на федеральном уровне, получим преимущество при поступлении на юридическую специальность в любом вузе. Таковы условия конкурса, ты что, не читала?

Качаю головой и кривлюсь. Конечно, не читала, мне-то это зачем? Но признаю́, что конкретно для целей Князева план хорош. Почти так же хорош, как сам Лис в роли моего хила. И раз каждый получает свою выгоду, спорить бессмысленно.

— И кем ты будешь после вуза, название которого звучит как локация для рейдов? — легкомысленно интересуюсь я, умышленно смещая фокус с себя.

— Хочу работать в прокуратуре, — признаётся Лис и смотрит на меня, ожидая реакции. А поскольку я не собираюсь смеяться, признавая, что каждый имеет право на мечту, даже если она идиотская, собеседник продолжает: — Эта работа кажется мне куда интересней бессмысленных думских заседаний и приёмов.

Действительно, а кем ещё ему быть с его навязчивым желанием искать правду? Судьёй ещё, разве что.

— По-твоему, копаться в бумажках интереснее?

— Не «копаться в бумажках», а «быть важным звеном в восстановлении социальной справедливости», — Князев усмехается, прекрасно осознавая пафосность собственных слов.

А я продолжаю внимательно его разглядывать. Мысленно зачёркиваю «придурок» и «тупой баран», написанные над его образом почерком Тима и подписываю « идеалист». Кажется, это слово Лису больше подходит.

— А чего хочешь ты, Ниса-киса? — интересуется у меня настоящий Князев, развеивая образ того, нарисованного воображением.