Книга Королева меняет цвет, страница 193 – Татьяна Миненкова

Одноклассники ещё не знают, что мы с Князевым единодушно решили сбежать с запланированного на вечер праздника, взять с собой пледы, пару коробок пиццы и термосы с горячим чаем, чтобы встретить завтрашний рассвет на крыше старой музыкалки. Но это секрет, и остальным станет известно о нём постфактум. Именно поэтому, бережно храня общую тайну, мы с Лисом с самого утра обмениваемся лукавыми улыбками.

Где-то в толпе родители. Наполовину счастливые оттого, что школьные проблемы их детей закончились, наполовину печальные оттого, что впереди мучения институтские. Папа отложил сегодняшние судебные заседания и теперь разговаривает о чём-то с отцом Князева, тоже пожертвовавшим ради Последнего звонка сына каким-то важным думским совещанием.

Мать Лиса обнимает Лизу и аккуратно промокает слёзы платком. Ещё бы: такой важный и трогательный момент, я сама готова расплакаться. А вот моя мама — в очередной командировке — написала, что вернётся только в середине недели, поздравила сообщением в мессенджере и попросила прислать ей видео с танцем.

Вэшки тоже где-то неподалёку, привычно игнорируя общепринятые порядки, но не настолько, чтобы не явиться совсем. Чувствую их взгляды из толпы, но не придаю значения.

Гораздо важнее то, как пахнет весной — на улице, и летом — от Князева. Как приятно ощущать свою руку в его ладони. Как заливисто щебечут птицы и шумит на лёгком ветерке свежая, светло-зелёная, как глаза Лиса, листва. Как трепещут разноцветные флажки и белые ленты с надписью «выпускник» и светит солнце.

В такие моменты всегда кажется, что всё получится и всё сбудется. Что небо всегда будет голубым и безоблачным, а впереди нас ждёт только хорошее, но я знаю, что так не бывает. Я верю в любовь, но не верю в сказки.

— Меня пугает неопределённость, — признаю́сь я Лису во время танца. — Экзамены, поступление, будущее.

Он ведёт так уверенно, что думать о ногах почти не нужно, достаточно просто следовать за ним и получать удовольствие от танца.

— Всё будет хорошо. — Таким привычным успокаивающим жестом он гладит центр моей ладони, ведь именно там рубильник, отключающий не только недовольство, но и страх, и сомнения. — Главное, будь рядом, остальное — не важно.

И он, наверное, прав. Если мы будем вместе, то какая разница где и как?

— Люблю тебя, — одними губами произносит Князев, развеивая оставшиеся сомнения.

— Люблю тебя, — произношу я в ответ и в этих слова, и правда, есть магия.

Любовь — это война, в которой нет правил и не берут пленных. Это способность понимать и прощать. Это когда чужие недостатки кажутся достоинствами. Это умение отдавать и не ждать ничего взамен. Она как термитная реакция, выделяющая свет и тепло.

Это игра. Её правила в разы сложнее шахмат. В ней не может быть одного победителя, в ней выигрывают оба одновременно. Или оба одновременно проигрывают.

В этой партии мы победили, но, кто знает, возможно, это ещё не конец?