Книга Королева выполняет обещание, страница 172 – Татьяна Миненкова

Это хорошо отвлекает. Удаётся сосредоточиться на текстах и увлечься просмотром судебной практики. Я люблю документы. В них можно нырнуть с головой, как в ванну в теплой водой и розовой пеной. Заявления, жалобы, ходатайства спасают от мыслей о неудовлетворенности собственной жизнью. И вместо того, чтобы раздумывать о Елисее и его невесте я подбираю правильные юридические термины и тружусь над витиеватыми формулировками. Поднимаю голову от бумаг лишь услышав любопытное:

— Ты не обедала без меня?

Ксенькино присутствие в кабинете становится заметным лишь после этого вопроса. В такие моменты она напоминает Арта — если бы мой кот мог говорить, этот вопрос был бы самым распространённым в его лексиконе.

— Нет, Ксюш.

Честно говоря, то, что обед прошел пару часов назад я тоже заметила только что. Обрадованная Ксенька уже расставляет на столе пару пластиковых контейнеров с салатами и неизменные чизкейки. Кажется, эти действия абсолютно не зависели от моего ответа. И пока я, на ходу разминая затёкшие мышцы, отправляюсь к кофемашине наливать кофе, подруга щебечет:

— Ой, ты даже не представляешь, что мне сейчас помощница судьи Саблина рассказала!

Полуянова прямо сияет вся — настолько её распирает от новостей. Или это из-за Крапивина? Влюблённые часто светятся так, словно внутри мигает огнями новогодняя гирлянда. Мне знакомо это ощущение, я тоже так светилась когда-то. Правда, совсем недолго. Вспомнив об этом, я мрачнею и интересуюсь, не разделяя Ксенькиного энтузиазма:

— Что её взяли в городскую газету вести колонку сплетен?

Марина — помощница Саблина, славится умением примагничивать к себе околоюридические слухи. Талант составлять проекты судебных постановлений или протоколы судебных заседаний пригодился бы ей куда больше, но, как говорится, что есть, то есть.

— Не угадала! — торжествующе восклицает собеседница, щелчком открывая свой контейнер. — Саблин сегодня утром закрыл Невзорова!

— В смысле?

Вообще-то смысл понятен. Закрыл — значит избрал меру пресечения в виде заключения под стражу, просто как-то в голове не укладывается, что высокомерный Невзоров отправился туда, откуда я не так давно вытащила Тима.Пост сдал — пост принял. Блин-малин.

— В прямом! — Ксенька хвастается так, будто это не Саблин закрыл Невзорова, а она сама. Отправив в рот вилку с салатом, она хрустит помидорами черри и продолжает, не переставая жевать: — На нём и уклонение от налогов, и мошенничество и обналичка…угадай, кто ходатайство поддерживал?!

Ответ на этот вопрос мне тоже хорошо известен и теперь кажется, что изолятор за надпись на машине — это даже немного чересчур, но у Князева, как и у Семенова — свои понятия о справедливости.

— Догадываюсь. — Не желая говорить о Елисее, я опускаю взгляд в контейнер и делаю вид, что увлеченно пытаюсь выбрать из салата листы айсберга.

— Ты что, совсем не рада? — Недоумевает она. — Это же Невзоров, Нис! Он к Савке плохо относился, а к тебе — еще хуже! Да и вообще — он виноват, судя по всему. Маринка сказала, что доказательств его причастности — хоть отбавляй!

Но я отчего-то совсем не испытываю злорадства по поводу неудач Ярослава. Вообще ничего не испытываю. Поэтому просто неопределенно веду плечами и ем, пользуясь возможностью при этом ничего не говорить. Но Ксенька продолжает: