Книга Имя назовет Мальвина, страница 6 – Татьяна Миненкова

Упоминание о кинотеатре вызывает у меня еще более противоречивые чувства, чем раньше. Ри, с которой мы так и не сходили на киносеанс. Обманчиво-дружелюбный Тихомиров. Хрустящий попкорном Савелий и приятные мурашки от прикосновений Семенова. Мысленно чертыхаюсь, осознав, что любые мысли сейчас против моей воли сводятся к Косте. Но я упорно переключаю их на новое расследование:

— И в чём состав? Дело вообще возбуждено?

— Возбуждено, — Данил мрачнеет. — Вымогательство в отношении неустановленных лиц.

— И при чём здесь МИГ? Из всего, что ты рассказал, я поняла только то, что ОПГ, если и существовала, то давно распалась. Каждый живёт на свои средства и более-менее законно.

Интересно, эту аббревиатуру Богачев, Куприн и Чернышевский сами придумали? Вряд ли. Я убираю блокнот, выключаю свет и снова ложусь, поплотней завернувшись в одеяло. Перспектива допросить Куприна выглядит заманчиво, но пока я не вижу для этого оснований.

— У края вроде есть какие-то наработки. Завтра утром продемонстрируют. Они подозревают, что Куприн и Чернышевский набрали молодую пехоту-исполнителей, а младший-Богачев ими руководит. Может они и правы: деньги имеют свойство заканчиваться.

— А что думает Крылов?

С тех пор, как я пришла в отдел, успела изменить свое мнение о руководе на прямо-противоположное. Федор Михалыч далеко не дурак и скорее всего имеет на счёт сказанного свои соображения.

— Сама у него спросишь, — вздыхает Данил и от того, как он уклонился от ответа, становится еще любопытней.

Спрошу, конечно. Кажется, я не зря решила остаться. Новое дело обещает быть интересным.

Hurricane — SATV Music

С утра первым делом смотрю в окно. Не знаю, во сколько Семенов вернулся домой, но выяснять со мной отношения он не стал — просто припарковался во второй ряд и подпер мою машину своей так, что выехать через узкую щелочку теперь будет сложно. Но, во-первых, не «невозможно», а во-вторых, Костя вполне может умчаться на работу раньше меня. Поэтому не торопясь завтракаю и одеваюсь с непривычной тщательностью.

Сегодня на мне не один из розовых Ринкиных свитеров, а сшитый на заказ деловой костюм и локоны аккуратно заколоты на одну сторону. Я даже наношу легкий макияж, с трудом вспомнив, как именно делала его раньше. Но к тому времени, когда я накинув пальто всё же оказываюсь у Гелендвагена, Семенов и не думает убрать Камри, поставив меня перед дилеммой: позвонить ему или попробовать выехать через оставленный между машинами узкий просвет.

Выбор очевиден, но я отчего-то тяну: грею двигатель дольше необходимого. Нервно постукиваю кончиками пальцев по рулю. Придирчиво разглядываю свое отражение в зеркале заднего вида. Звонить Косте не хочется. Я ведь понятия не имею, как смотреть ему в глаза после субботней ночи. Как к нему относиться тоже не знаю и из-за этого чувствую себя до крайности неловко. Гораздо проще ведь будет подстроиться под поведение Семенова, чем самой делать первый шаг, определяющий дальнейший курс наших отношений. Несуществующих отношений.

Протираю от пыли камеру заднего вида, настраиваю боковые зеркала и пытаюсь выехать. Выворачиваю колеса и несколько раз сдаю вперед-назад. Мстительный Семенов прекрасно понимал, через что мне придётся пройти, чтобы выбраться из оставленной им ловушки. Хмурюсь, в очередной раз проезжая сантиметр вперед и выворачивая колёса, возвращаюсь назад. Злюсь, понимая, что это издевательство.