Книга Имя назовет Мальвина, страница 60 – Татьяна Миненкова

Помня об этом, набираю на домофоне номер не той квартиры, в которую собираюсь попасть. Нужную дверь мне вряд ли откроют так просто, но работа в следствии научила меня искать обходные пути. Ещё она научила меня с непроницаемым лицом выслушивать людское недовольство — этот навык мне сегодня тоже, скорее всего понадобится. В ожидании ответа, стараюсь не смотреть по сторонам, чтобы не дать вороху воспоминаний прорваться в голову.

— Кто там? — раздается наконец из динамика женским голосом и сопровождается собачьим лаем.

— Ираида Сигизмундовна, это следователь из комитета, — громко, стараясь перекричать кого-то из пушистых мушкетеров хозяйки, представляюсь я. — Я недавно к вам приезжала, помните?

Помнит, потому что с характерным пиликаньем открывает для меня дверь. Попасть в подъезд — первый и самый легкий из шагов моего сегодняшнего плана. Второй — объяснить Ираиде своё присутствие:

— Хотела спросить у вас адрес питомника, — легко лгу я, когда она выглядывает на лестничную клетку, придерживая собак ногой, чтобы не вырвались приветствовать меня лично.

— Ох, а чего не позвонили, Алиночка? Сейчас-сейчас, у меня где-то здесь визитка лежала.

Она суетится в коридоре, а я старательно придаю легенде правдоподобности:

— Дело другому следователю передали, номер не сохранился. А сегодня рядом была, решила сама заехать.

— Вот, возьмите, — женщина с улыбкой протягивает картонный прямоугольник и тараторит: — Позвоните, скажите, что от меня, вам скидку сделают. Но если не срочно, подождите до весны, в питомнике будет прекрасный помет!

Мне требуется время, чтобы вспомнить значение последнего слова и с воодушевлением закивать. Когда Ираида Сигизмундовна всё же прощается, я остаюсь на лестничной клетке с визиткой и уймой абсолютно ненужной информации о собаках породы корги. Ненужной — потому что вряд ли когда-нибудь смогу завести щенка. Собаки — животные социальные и необходимость целыми днями ждать меня с работы станет для питомца настоящим мучением. Иногда я даже рада, что отдала Шушу Савелию — в те моменты, когда не скучаю по ней и не превозмогаю желание взвыть на луну от одиночества.

Сунув визитку питомника в карман, медленно поднимаюсь по ступенькам — на этаж выше. Замираю перед дверью, которую не так давно по моему приказу ломали сотрудники СОБРа. Вслушиваюсь в тишину. Понимаю: никакая легенда не поможет. Единственный плюс — мне доподлинно известно, что оружия в квартире Куприна нет и он не пристрелит меня с первого взгляда. Других положительных моментов найти не получается. Не придумав ничего, что могло бы объяснить мой визит, просто стучу.

Время тянется, как густая карамель для печенья. В этот раз Василий явно не ждал гостей. Но вскоре раздается приглушенный звук шагов по ту сторону двери. Темнеет дверной глазок. А потом ключ всё же поворачивается в замке, и Куприн возникает в дверном проеме. Хмурый и явно не испытывающий при моем появлении большой радости.

Что бы я ни выдумала, без умения стойко выслушивать оскорбления, не обойтись. Надо сказать, в этот раз они будут почти заслуженными. Приготовившись, я делаю непроницаемое лицо и представляю перед собой огромную стену, о которую разобьются все упреки, которые Куприн мне выскажет. Но вместо них звучит:

— Ну входи, Мальвина.