Книга Катамаран, страница 39 – Александр Ольшанский

Наконец, все было готово. Паоло, смахнув со лба пот, с гордостью представил свое творение: огромное блюдо с пастой, утопающей в ароматном томатном соусе с базиликом, каперсами и кусочками тунца, которого Александр поймал днем.

— Паста «Кон-Тики»! – провозгласил он. – В честь нашего плавучего дома и в надежде, что нас, в отличие от оригинала, не разнесет в щепки какая-нибудь волна-невежа!

Все расселись за столом. Первые минуты прошли в несколько натянутой, но в целом мирной атмосфере. Звякали ложки, слышались одобрительные возгласы в адрес повара. Паоло, окрыленный успехом, поднял свой бокал.

— Итак, друзья! Выпьем за нашу команду! За то, что мы все еще на плаву, несмотря на шторма, подозрения и прочие мелкие неприятности в виде трупов у борта! За то, что семья – это не обязательно те, с кем ты родился, а те, с кем ты делишь одну лодку и один запас туалетной бумаги!

Все, хоть и с некоторым замешательством, подняли бокалы. Слова звучали правильные, но в воздухе витала невысказанная мысль, что эта «семья» вот-вот развалится на куски.

Первые признаки грозы появились, когда вино начало понемногу развязывать языки и притуплять осторожность. Самира, выпив лишнего, решила вернуть себе ускользающее внимание Александра. Её настроение, сначала подавленное, под воздействием алкоголя сменилось на дерзкое и немного отчаянное.

— Знаешь, Александр, – сказала она, кокетливо наклонившись к нему через стол, – а ты сегодня очень похож на того самого капитана Немо. Такой загадочный, молчаливый… Прямо как из романа Жюля Верна.

— Спасибо, наверное, – уклончиво ответил Александр, чувствуя на себе взгляд Тани.

— О, капитан Немо! – подхватил Паоло. – Отличный персонаж! Плавал на «Наутилусе», ненавидел человечество и периодически топил корабли. Надеюсь, это не наш сценарий, капитан?

— Пока ограничиваемся пастой, – парировал Александр, но шутка прозвучала напряженно.

Самира, не добившись желаемого эффекта, решила пойти ва-банк. Она «случайно» положила руку Александру на плечо, нежно убирая воображаемую соринку с его футболки.

— Таня, а ты не помнишь, – обратилась она к сопернице с сахарной улыбкой, – ты же тоже куда-то пропадала в ту ночь на фестивале? Я вроде видела тебя у причала, ты с кем-то разговаривала… с мужчиной. Выглядело это очень… оживленно.

Стол замер. Даже Паоло перестал жевать. Все взгляды устремились на Таню. Она побледнела, но голос её был холодным и ровным.

— Ты ошибаешься, Самира. Я отходила на десять минут с Анной Мари, мы смотрели сувениры в лавке, где «обменник» работал.

Анна Мари, застигнутая врасплох, вздрогнула и замерла с куском хлеба в руке. Все смотрели на неё.

— Да… кажется, да… – прошептала она, опуская глаза.

— «Кажется» – не очень убедительное алиби, – вставил свое ледяное словцо Бьорн, откладывая вилку. – Особенно в свете последних событий.

Александр попытался вмешаться, желая потушить разгорающийся скандал.

— Самира, может, хватит? Мы все устали.

Но Паоло, уже изрядно выпивший и раздраженный поведением Самиры, вступился, хотя и не совсем за того, за кого следовало.

— Может, хватит уже на неё набрасываться? – он сердито посмотрел на Бьорна и Александра. – Все ведут себя так, будто она единственная, у кого есть секреты! Может, она просто пытается отвлечь внимание от кого-то другого?