Книга Запах смерти, страница 114 – Эндрю Тэйлор

— Могила Хенриетты Барвиль. Кто принес туда цветы?

Сторож посмотрел на меня, и я увидел в его глазах страх.

— Не знаю, хозяин.

— Это был тот самый мужчина? Тот, что упал в воротах?

— Может, и он.

— А он спрашивал тебя, где находится могила? Называл имя усопшей?

Сторож принялся растерянно озираться по сторонам, точно в поисках спасения:

— Да, сэр.

— А кто такая эта девчонка Барвиль? – (Сторож пожал плечами.) – У тебя должен быть журнал захоронений. Покажи его.

Он зашаркал к полке в глубине сторожки, извлек лежавший там фолиант размером 8,5 на 13,5 дюйма и протянул его мне. Пыльная обложка была вся в пятнах, корешок порван.

— Покажи запись об этом захоронении, – сказал я.

Негр покачал головой и снова пожал плечами.

Я понял, что он не умеет читать. Тогда я забрал у него журнал и принялся листать страницы, пока не нашел последние записи. Каждая запись была пронумерована. Она включала имя усопшего, имя священника, проводившего заупокойную службу, и имя ближайшего родственника. Иногда рядом с записью была приписка с указанием владельца покойного раба или адрес, где этот раб умер. Однако записи делались без единой методики, а потому иногда трудно было понять, кто являлся рабом, а кто – свободным человеком. Рядом с каждой записью стояла подпись – насколько я понял, конторщика или управляющего кладбищем.

В последние месяцы имела место высокая смертность среди негритянского населения, поскольку жаркая погода способствует распространению болезней. Наконец я нашел Хенриетту Барвиль. Она была предана земле 30 марта в присутствии одного из кладбищенских священников.

Мое внимание привлекло имя ближайшего родственника: Мириам Барвиль.

Однако данное при крещении имя ребенка невольно пробудило во мне смутные воспоминания. Хенриетта. Так звали давным-давно почившую в бозе сестру капитана Винтура: девочку, которая умерла в свой первый день рождения и которую до сих пор горько оплакивала мать.

Хенриетта. Хетти-Петти.

На следующий день, когда я вечером вернулся на Уоррен-стрит, Джосайя сообщил, что его хозяин просит меня присоединиться к нему и другим джентльменам в библиотеке, если я, конечно, не слишком занят.

Судья сидел за столом рядом с Таунли. Ноак стоял со сложенными на животе руками возле двери, а капитан – на коврике у камина спиной к воображаемому огню. Когда я вошел, Ноак с едва заметным поклоном закрыл за мной дверь.

— Вот и тот, кто нам нужен! – обрадовался судья; он взволнованно сгибал и разгибал пальцы, как будто у него болели суставы. – Сэр, прошу вас, садитесь. И дайте нам возможность воспользоваться вашим советом.

— Ах да! – улыбнулся Таунли. – Мистер Сэвилл, мы очень надеемся на вас. Нам может понадобиться ваш здравый смысл. Не сомневаюсь, капитан Винтур высоко ценит ваше мнение.

Капитан промолчал, но поклонился мне.

— Мой сын намерен отправиться в Маунт-Джордж, – сообщил судья. – Должен признаться, я не испытываю особой радости по этому поводу. Но мистер Таунли подал замечательную идею, предложив мистера Ноака в качестве сопровождающего. Чем плохой план, сэр? Лично я не вижу здесь ни единого изъяна.

— Сэр, я не вправе лишать мистера Таунли услуг Ноака, – с мрачным видом произнес капитан. – Кроме того, путешествие может быть сопряжено с неудобствами, а возможно, и с рисками.