Книга Запах смерти, страница 135 – Эндрю Тэйлор

— Переверните, – сказал Винтур. – И присмотритесь повнимательнее.

— У нас нет времени на…

— Эдвард, сделайте это.

Я послушно перевернул камень. С другой стороны он выглядел точно так же, если не считать небольшой свежей царапины. Может, это был один из снарядов, которые высыпались из моей шляпы, когда я споткнулся на лестнице? Из-под въевшейся копоти пробивался слабый металлический блеск. Я повертел камень в руке, чтобы свет заиграл на его поверхности.

— Ну? – спросил я.

Винтур улыбнулся мне, и на мгновение с его лица исчезли следы прожитых лет. Он стал таким же юным и беззаботным, как тот мальчик на двойном портрете, на котором Джек был запечатлен со своим рабом.

— Это золото, – произнес он.

Фортуна нам улыбалась, хотя и не слишком долго.

Оказывается, в ходе своих отчаянных поисков я добился того, на что, собственно, и не рассчитывал. Я набивал шляпу импровизированными снарядами возле небольшой ниши за кухонным очагом. Именно там некогда стояла металлическая печь, труба которой соединялась с основным дымоходом. Печь никуда не делась, как я и говорил, однако теперь она лежала на боку. Падая, печь раздавила маленький сундучок из красного дерева с латунными накладками. Сундучок находился или прямо под печкой, или между печкой и стеной.

Впрочем, времени на вопросы и объяснения у нас не было. Винтур хотел, чтобы я помог ему отодвинуть печь. Использовав стропило в качестве рычага, мы в два счета справились с задачей. После этого я остался сторожить дверь, а Джек принялся рыться в обломках. В сундучке имелось несколько ящичков, и Винтур особенно тщательно обследовал те, что были обиты бархатом.

Все это время я ждал нападения. Но ничего не случилось. Я знал, что противник должен готовиться к броску. Все мои чувства настолько обострились, что мне казалось, будто я слышу посторонние звуки в этой тяжелой тишине. Стоя на страже и напряженно прислушиваясь, я пытался собрать кое-что необходимое для бегства, однако не слишком преуспел в этом, поскольку постоянно отвлекался.

В какой-то части моего мозга, интенсивно работавшего в минуту опасности, мало-помалу сформировалась мысль: «Итак, значит, это и есть шкатулка с диковинками, о которых говорил Джек. Мешанина из разломанных деревяшек, металла и камня. И это все? Неужели ради этого Грантфорд и Абрахам отдали свою жизнь?»

Наконец Винтур закончил. Мы поднялись по лестнице, постоянно оглядываясь на дверь, пересекли мансарду и подошли к окну на фронтоне. Винтур беспрерывно улыбался глупой улыбкой. На плече у него висела кожаная сумка на ремешке. Пока я пытался открыть окно, он держал под прицелом пистолета забаррикадированный дверной проем. Сперва створка окна упорно отказывалась открываться: слишком сильно разбухло и покоробилось дерево. Но в конце концов створка все же поддалась осторожному давлению и открылась с таким жутким скрипом, что нервы мои затрепетали, как у кисейной барышни.

Мы пролезли через окно на покатую крышу доильного зала. И с этой выгодной точки обзора увидели почерневшие руины особняка менее чем в сотне ярдов от нас. Мимо нас поспешно проскользнула и скрылась в трещине в дранке ящерица.

Во время спуска никто из нас не проронил ни слова. У края ската крыши Винтур перевернулся на живот и, перевалившись через край, спрыгнул на землю ногами вперед. Я последовал его примеру, но приземлился не слишком удачно и, потеряв равновесие, свалился на землю. Джек помог мне подняться, и уже через секунду мы бежали по пастбищу, продираясь сквозь непролазные заросли сорняков и некошеной травы.