Книга Год багровых убийств, страница 31 – Карасуми

— У нее никогда не было детей?

— Это еще предстоит проверить. Она не соглашается говорить об этом, местные жители тоже избегают разговоров на эту тему. – Разумеется, и полиция, и Се Вэньчжэ исходили из мужской точки зрения в своих рассуждениях по данному вопросу. Их гипотеза была построена на том, что Чэнь Линь Шуфэнь двигали исключительно жажда мести обществу и желание причинить вред всем счастливым семьям с детьми. Но в таком случае она могла расправиться с А-Ци, когда тот находился в коме; у нее не было причин каждый день навещать его в больнице и уж тем более ждать, пока он придет в себя и опознает ее.

Слушая пояснения Се Вэньчжэ, Юэсюэ хотела привести мысли в порядок и попытаться восстановить в памяти истинный облик Чэнь Линь Шуфэнь, когда стена кабинета внезапно покрылась трещинами и обрушилась неровными кусками. Стальной каркас потолка начал стремительно покрываться ржавчиной, силикатные плиты загорелись. Се Вэньчжэ исчез в волне огня и пепла. Огромная проволочная сеть накрыла кабинет Юэсюэ словно колпаком, через который был слышен звук беспорядочного топота, однако силуэтов людей не было видно. Сетка непрерывно дребезжала, словно вот-вот должна была обрушиться. Юэсюэ, сделав шаг назад, была потрясена, когда увидела, что пол в ее кабинете тоже превратился в проржавевшую, ломкую металлическую сетку. Когда от страха на лбу девушки выступила испарина, дверь в кабинет начала медленно плавиться и стекать вниз через ячейки металлической сетки пола, словно вязкая глина. После того как она окончательно расплавилась, в кабинете удивительным образом появилась Чэнь Линь Шуфэнь.

— Как ты сюда попала?

— Профессор, ты все прекрасно знаешь!

— Что ты имеешь в виду?

— Ты знаешь, о чем я сейчас думаю.

— Нет, не знаю.

— Нет, ты знаешь, ты все прекрасно знаешь…

— Да о чем ты говоришь?!

— Я говорю о тебе и твоей матери, вы не в лучших отношениях!

Глаза Юэсюэ поползли на лоб, между бровей залегла глубокая складка. Хотя она понятия не имела, откуда Чэнь Линь Шуфэнь известно о том, что произошло между ней и ее матерью, но, руководствуясь профессиональной этикой консультанта, она предпочла не отвечать на этот вопрос.

— Понятия не имею, о чем ты. Как ты сюда вошла?

— Я вижу людей насквозь.

— О чем ты говоришь?

Внезапно Чэнь Линь Шуфэнь с пугающей точностью повторила слова Цзинфан:

— Я ясно вижу несчастных людей, тех, кто хочет покончить с собой, но я могу помочь им начать новую, лучшую, гораздо более счастливую жизнь.

— Так это и есть твой мотив?

— Нет, ты не поняла главного. Нужно начинать с матери. Истоки кроются в ней. – Чэнь Линь Шуфэнь вновь явила свою странную улыбку. На этот раз уголки ее рта треснули, отчего улыбка растянулась до самых ушей. – Я очень в тебе разочарована; не ожидала, что ты окажешься настолько некомпетентной…

С этими словами Чэнь Линь Шуфэнь выхватила кофейное блюдце из рук у ничего не слышавшего Се Вэньчжэ и изо всех сил швырнула его в стену. От него отлетел осколок в форме полумесяца и, не встретив сопротивления, вонзился Юэсюэ в шею. Кровь, не останавливаясь, брызгала во все стороны, словно из автоматических садовых разбрызгивателей. Юэсюэ с головы до пят была забрызгана алым. Все матовые стекла в кабинете разбились вдребезги, и наконец стало видно, что происходит снаружи. Там лил красный дождь, словно наступил Судный день.