Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 167 – Корнелл Вулрич

— Она была замечательной. Без нее… – Таунсенд притих, и трое мужчин больше ничего не сказали.

Стоявшие впереди расступились, пропуская их. Фрэнк увидел на земле еще один плоский, накрытый тканью предмет. Фургон, в недрах которого уже исчезли первые носилки, сдавал назад, чтобы принять еще одни.

— Это… Рут? – он запнулся.

— Нет, мы уже увезли ее в поселок. Это человек, который спас вам жизнь.

— Я не понимаю. О ком вы говорите?

Эймс присел на корточки и откинул край брезента.

— О том, кто обменял свою жизнь на вашу.

— Старик! – сокрушенно воскликнул Таунсенд. – Я забыл о нем! И он тоже сгинул.

Смерть сняла с мистера Эмиля неумолимую смирительную рубашку инвалидности. После смерти он выглядел как любой другой человек. Покойнику закрыли глаза, и его лицо казалось спокойным, удовлетворенным, почти торжествующим.

Таунсенд молча отвел взгляд. Что тут можно было сказать?

— Вы знали, что он сохранил способность слегка шевелить правой рукой? – спросил Эймс.

— Да, я заметил. Но лишь случайно, пару дней назад, когда она прикатила его ко мне в хижину. Не бог весть что, он ведь не мог ею пользоваться в полной мере. Только чуть-чуть согнуть пару пальцев и слегка повернуть в локте, вот и все.

— Этого оказалось достаточно. Ему хватило, чтобы воспользоваться оружием.

— Оружием? – Таунсенд повернулся и посмотрел на детектива.

— Иначе не скажешь. Единственное оружие, с которым он мог справиться. Обычная кухонная спичка с серным наконечником. По-вашему, этот дым – самопроизвольное возгорание? Должно быть, где-то в пределах досягаемости лежала коробка спичек, может быть, на краю плиты, как в большинстве кухонь. Думаю, его туда иногда привозили в кресле и по недосмотру оставляли рядом. И каждый раз он крал одну или две спички. Одному богу известно, что он намеревался с ними сделать.

Таунсенд сказал:

— У него были интересные идеи.

Эймс пожал плечами.

— Он проделал небольшую дырку в матрасе. Должно быть, это заняло у него уйму времени. Мы обнаружили, что матрас набит обугленными спичками, только когда вынесли его на открытое место. Не матрас, а целая история. Он пошел на эту весьма нелегкую смерть, чтобы попытаться вовремя привлечь внимание с шоссе и спасти вас. Шансов было немного, но это был единственный выход, и он им с готовностью воспользовался.

— Он действительно спас меня, – проговорил Таунсенд. – Даже мое собственное сообщение привело бы вас сюда слишком поздно. У Дидриха все равно оставалось время выстрелить. Его одолел дым, а не вы и ваши люди. На самом деле он продержался достаточно долго, чтобы прикончить меня, но к тому времени слишком ослаб и не мог прицелиться. Я думаю, пуля попала в спинку кресла.

— То есть это вы послали сообщение, что, если мы хотим найти убийцу Гарри Дидриха, необходимо появиться здесь без четверти десять вечера, и ни минутой позже?

— Я, – сухо подтвердил Таунсенд. – Если у вас есть какие-то сомнения, я попросил разрешения поговорить с вами лично, и вы обо что-то споткнулись, подходя к телефону. Я услышал это в трубке. О ножку стула или стола, что-то в этом роде.

— Это были вы, – признал Эймс.

— Я не мог рассчитать время точнее. Если бы я привел вас сюда слишком рано, они бы все переиграли, и я бы попал не к ним в лапы, а к вам. Эти двое предстали бы всего лишь ни в чем не повинными свидетелями ареста разыскиваемого убийцы в их собственном доме. Если бы я опоздал – бинго, сами видели, что могло случиться. Это было пари, я рискнул и проиграл. Лишь мистер Эмиль отменил мою ставку и вернул мне то, что я поставил на кон.