Книга Лена в гареме у дракона или дракон у Лены, страница 40 – Ольга Барыкина

Лена прищурилась. — Ты ревнуешь?

Люциус поднял взгляд так резко, будто его оскорбили до глубины древнего драконьего достоинства. — Что?

— Ты ревнуешь.

— Нет.

— Тогда почему капитан стражи внезапно оказался в лесу с разбойниками, которых ты придумал пять минут назад?

— Я ничего не придумывал.

— Люциус.

— Это государственная безопасность.

— Конечно.

Он раздражённо поставил кубок на стол.

Тот немедленно треснул.

— Ты слишком много времени проводишь рядом с этим человеком.

Лена уставилась на него. Потом медленно улыбнулась.

— О боже.

— Что?

— Ты действительно ревнуешь.

— Я не ревную.

— Ты отправил человека в лес.

— Это была стратегическая необходимость.

— Из-за того, что я смеялась?

— Ты смеялась слишком долго.

Лена закрыла лицо руками. Плечи её начали дрожать.

Люциус нахмурился. — Что происходит?

Она подняла голову, уже почти задыхаясь от смеха. — Ничего… просто… это самое нелепое, что я слышала за последние недели…

— Не вижу ничего смешного.

— Ты — древний дракон, который может сжечь армию, но при этом обиделся, потому что я разговаривала с начальником охраны.

— Я не обиделся.

— Конечно.

— И не ревную.

— Разумеется.

— И вообще он подозрительный.

— Рейнар?!

— Да.

— Почему?

Люциус помолчал.

Потом холодно произнёс: — Он слишком высокий.

Лена смотрела на него секунд пять. Потом снова начала смеяться.

На следующий день всё стало значительно хуже. Потому что дракон, вместо того чтобы пережить ревность как нормальное разумное существо, внезапно решил… соперничать. И, к огромному сожалению окружающих, делал он это с грацией стихийного бедствия.

Лена поняла, что происходит что-то ненормальное, ещё утром, когда вышла во внутренний двор и застыла прямо на ступенях.

Первой мыслью было, что она ещё не проснулась.

Второй — что дворец всё-таки свёл её с ума.

Потому что посреди тренировочной площадки действительно стоял Люциус.

В чёрной рубашке с закатанными до локтей рукавами, отчего окружающие стражники выглядели особенно нервными, с тренировочным мечом в руке и с таким сосредоточенным выражением лица, словно ближайшие несколько минут должны были решить судьбу империи.

Или чьей-нибудь жизни. Скорее всего — сразу нескольких.

Рядом находился подозрительно молчаливый и заметно уставший Рейнар. И по его лицу читалось обречённое понимание человека, который ещё до рассвета осознал, что сегодняшний день приготовил ему исключительно страдания.

— Что происходит? — осторожно спросила Лена.

Рейнар посмотрел на неё взглядом человека, мысленно пишущего завещание. — Его Величество внезапно захотел проверить подготовку стражи.

— В семь утра?

— Видимо, преступность не спит.

Люциус протянул руку, и один из стражников с выражением человека, добровольно передающего свою судьбу в лапы смерти, вложил в неё тренировочный меч.

Деревянный.

Правда, в руках дракона даже безобидный кусок дерева выглядел как предмет, которым вполне можно случайно начать войну.

— Начинайте, — ровно произнёс Люциус, глядя на Рейнара с холодным спокойствием человека, который сам ещё не до конца понимает, зачем ввязался в это соревнование, но уже морально настроен победить.

Рейнар медленно выдохнул. Потёр переносицу. И посмотрел в небо так, словно пытался найти там хоть какие-то ответы.

— Ваше Величество… может, не стоит…