Книга Весенний обряд, страница 65 – Лу Цюча

Не дожидаясь, пока Лушэнь договорит, Куй отпустила служанку и направилась в сторону своих покоев.

— Сяосюй, на самом деле, я искала повод, чтобы заставить тебя уйти от меня. Я обнаружила, что стала слишком сильно зависеть от тебя, а ты – слишком сильно зависишь от меня. Такое положение вещей весьма скверно. Я должна вести одинокую жизнь, но я надеюсь, что ты сможешь стать обычным человеком, поэтому сегодня, возможно, лучший день для этого – наш контракт расторгнут, ты больше мне не слуга. Ты можешь сама выбирать свою судьбу, однако отныне ты лишена возможности следовать за Юйлин Куй. Этой альтернативы больше нет. Я могу дать тебе кое-что из ценностей, одежды, то, что тебе причитается. Все эти годы ты служила мне верой и правдой, я действительно переборщила. Я надеюсь, что больше не встречусь с тобой и ты будешь жить счастливо там, где я не смогу тебе приказывать. Лушэнь – хороший человек, и в будущем ты сможешь обращаться к ней за советом, она не причинит тебе вреда. Но в конечном счете она – идиотка, и ее советы едва ли пойдут кому-то на пользу.

Все это Куй выдала, стоя спиной к ним.

— Я собираюсь как можно скорее покинуть это место. Я умею ездить верхом, а также умею управляться с двуколкой. Даже если я собьюсь с пути и сделаю несколько лишних кругов, то все равно смогу найти верное направление, поэтому не стоит обо мне беспокоиться. Прощай, Лушэнь.

На этой ноте силуэт Куй исчез из поля зрения двух девушек.

Лушэнь помогла Сяосюй подняться, утешая ее как могла. Сяосюй горько усмехнулась и покачала головой.

— Что мне делать, сестрица Лушэнь? Похоже, мой хозяин бросил меня.

— Такое уже бывало раньше?

— Побои случались довольно часто, однако барышня впервые отказалась от меня. Я не знаю, сможет ли она простить меня…

— Сяосюй, ты не сделала ничего плохого, не нужно искать «прощения» у такого человека!

— Сестрица Лушэнь, конечно, не понимает, – заметила Сяосюй. – Простите, что из-за меня ваша дружба с барышней разрушена.

— Мы изначально не должны были становиться друзьями. Идем в мои покои, переоденем тебя в чистую одежду, хотя не знаю, подойдет ли она тебе по размеру.

— Не стоит. Есть место, где я должна быть, и есть обязанности, которые я должна исполнять. До свидания, сестрица Лушэнь.

Попрощавшись, Сяосюй побежала в сторону покоев Куй.

— Сяосюй… – Лушэнь несколько раз окликнула ее, но та даже не обернулась. К этому времени силы совсем покинули Лушэнь, она не стала гнаться за девушкой. В безысходности она направилась в свои покои.

Когда она проходила мимо основного дома, Даоши окликнула ее и спросила, почему она вернулась, вся покрытая грязью. Лушэнь, чьи чувства были глубоко задеты, разрыдалась на груди у матери. Успокоившись, она ощутила страх, испугавшись, что отец увидит ее в таком виде, и поинтресовалась его местонахождением.

— Твой отец приводит в порядок вещи господина Бая. Он сказал, что, возможно, ему удастся найти какую-нибудь зацепку.

Лушэнь спросила о состоянии Чжаньши.

— Чжаньши уже очнулся. Он растянул мышцы на левой ноге, поэтому сейчас передвигается с трудом. Цзянли упомянула, что вчера вечером Хуэйу сказала ей, что госпожа Чжун привезла с собой лекарства из столицы в лаковой шкатулке. Она только что ушла за ними и должна скоро вернуться.