Книга Весенний обряд, страница 72 – Лу Цюча

— Да в конце-то концов, какое все это имеет отношение к восприятияю цвета Цзянли?

— Самое прямое. Я собираюсь доказать, что всякий, кто исповедует веру в Дунцзюня, а также знает учение о пяти элементах, в конечном итоге обязательно перестает различать красный и зеленый цвета.

— Где здесь логика?! Юйлин Куй, боюсь, что ты неизлечима, тебя уже не спасти.

— Хватит. Позвольте мне договорить. Если у тебя есть гипотеза получше, то я с удовольствием ее выслушаю, однако, зная тебя, с твоим умом ты вряд ли способна на какие-либо умозаключения. Сейчас я отвечу на твой вопрос, хотя, возможно, это и не вопрос вовсе. Ты спросила меня: «Где здесь логика?» – так вот, позволь объяснить, что мой образ мыслей… – Куй поколебалась мгновение, затем продолжила: – Так, хорошо. Ответь мне сначала на один вопрос, а потом я продолжу. Я спрашиваю тебя, Лушэнь: какого цвета солнце?

— Что?

— Несмотря на то что сейчас его не видно, ты уже достаточно прожила на свете, чтобы хотя бы раз да увидеть солнце. Если ты не в состоянии ответить на такой вопрос, то, прошу, иди утопись поскорее.

— Белого! – вскричала переполненная гневом Лушэнь, затем, подумав, добавила: – Но иногда бывает и красного…

— Очень хорошо, в таком случае что за божество Дунцзюнь?

— Ты просила ответить на один вопрос, что я только что и сделала. Теперь позволь мне хранить молчание.

— Дунцзюнь – божество солнца, – ответила Куй на свой же вопрос и продолжила: – В стихотворении из «Девяти напевов», посвященном Дуцзюню, говорится, что жертвоприношение совершается в следующем наряде: «Одеяние из темных облаков, из белой радуги плахта»^[101]. Поскольку солнечный свет иногда бывает таким ярким, что кажется белым, надевать белые одеяния на церемонию жертвоприношения Дунцзюню вполне логично, но почему тогда нужно также надевать одежду цвета темных облаков, то есть синего цвета? Тебе не кажется это странным, Лушэнь? Я думаю, это связано с тем, что Цюй Юань находился под влиянием учения о пяти элементах, когда писал «Девять напевов». Теперь тебе, наверное, станет понятно. Имя Дунцзюнь, то есть Владыка Востока, в соответствии с учением о пяти элементах ассоциируется у Цюй Юаня с элементом дерева, которое в свою очередь, согласно этому учению, соответствует востоку, а также связано с цветом небесной синевы, который обозначается иероглифом青, который, в свою очередь, может означать также зеленый цвет. Таким образом, Владыка Востока, будучи божеством солнца, обрел новый цвет – зеленый. Вследствие этого я сделала вывод, что всякий, кто исповедует веру в Дунцзюня, а также знает учение о пяти элементах, в конечном итоге обязательно перестает различать красный и зеленый цвета. Я предполагаю, что когда последователи Дунцзюня смотрели на солнце, то ассоциировали его со своим божеством и цветом, который ему соответствует, то есть – с зеленым цветом, поэтому и солнце в их восприятии обретало зеленый цвет, что в результате привело к тому, что все красные предметы последователи Дунцзюня стали воспринимать как зеленые. Так обстоит дело с Чжун Хуэйу, так же было и с покойной Цзянли.

— Не смей оскорблять мою сестру! – Лушэнь подскочила к Куй, схватила ее за грудки и приперла к стене. – В тот раз Цзянли остановила меня, когда я собиралась ударить тебя. Теперь ее нет, и уже никто меня не остановит. Юйлин Куй, если ты сейчас же исчезнешь с моих глаз, то я отпущу тебя. Дверь – там, можешь подождать, пока ливень закончится, а затем убирайся из Юньмэна и не смей больше никогда попадаться мне на глаза.