Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 12 – Майкл Скофилд

— Нет.

Варрен не взял.

— Госпожа Вейл...

— Нет, Варрен.

Он дернулся, услышав свое имя. Наверное, не ожидал, что я помню.

Я помнила многое.

Кто приносил мне чай после тяжелых ночей. Кто отворачивался, когда леди Морвен говорила слишком громко. Кто открывал боковые двери. Кто молчал.

Молчание в замке было не пустым. У каждого была своя доля.

— Лорд Каэл может умереть, — сказал Варрен.

Я почувствовала, как Грейн за моей спиной напрягся.

Может быть, он ждал, что я отвечу резко.

Я тоже ждала.

Но резкости не было.

Была усталость.

— Люди умирают каждый день, — сказала я. — Сегодня утром я зашивала мальчишку после обвала. Вчера держала девочку, которая не могла вдохнуть. Позавчера старуха из дальней деревни умерла у меня на руках, потому что ее сын повез к знахарю, а не сюда, и потерял два дня. Почему смерть Каэла Рейварда должна стать для меня важнее всех остальных?

Варрен побледнел.

— Потому что он...

— Дракон? Лорд? Мой бывший муж?

Он молчал.

Я кивнула.

— Вот именно.

Ветер трепал край его плаща. Лошади у кареты нервничали. Одна ударила копытом, и грязь брызнула на колесо с золотым узором.

Варрен вдруг выглядел старым.

— Я служу этому дому сорок лет, — сказал он. — Я видел лорда Каэла ребенком. Видел его после первой смены облика. Видел, как он хоронил отца и ни разу не позволил себе сесть, хотя после обряда у него шла кровь изо рта. Я знаю, что вам причинили зло. Не все. Но достаточно. И все же...

— Не надо.

Он закрыл рот.

Я сжала письмо в руке.

Внутри дома Тарн застонал. Я сразу повернула голову.

Роммер, сидевший рядом с ним, поднялся.

— Просто сон, госпожа.

Просто сон.

Я посмотрела на мальчика. На его бледное лицо, темные ресницы, слишком худые руки. На перевязку, где уже проступало небольшое пятно крови. Ему повезло. Еще немного — и ребро могло пробить легкое.

Варрен проследил за моим взглядом.

— У нас есть лучшие целительские инструменты, — сказал он тише. — Запасы трав. Серебряные ванны. Комнаты для больных. Если вы согласитесь...

Я повернулась к нему.

— Не пытайтесь купить меня чужими бинтами.

— Я пытаюсь дать вам то, что может спасти ваших людей.

Вот теперь он попал.

Не в сердце.

В место гораздо практичнее.

В кладовую, где оставалось три связки кровоостанавливающей травы. В крышу, которая текла над вторым ложем. В долг пекарю. В список больных, которых я не могла принять, потому что в доме было всего две кровати.

Я ненавидела его за это.

Не сильно. Спокойно.

Так, как ненавидят человека, который принес правду в грязных сапогах.

— Уезжайте, — сказала я.

Варрен опустил глаза.

— Я не могу вернуться без вас.

— Придется научиться.

Я закрыла дверь.

И только когда щеколда встала на место, поняла, что рука дрожит.

Грейн молчал.

Молчание у него получалось плохо. Обычно оно у него пухло, как тесто, и быстро лопалось ворчанием. Но сейчас он просто стоял возле печи с кочергой и смотрел на меня.

— Не начинай, — сказала я.

— Я еще рот не открыл.

— Вот и не открывай.

Я прошла к столу, проверила повязку Тарна, поправила одеяло на девочке, налила себе воды и не выпила.

За окном карета не уезжала.

Прошло десять минут.

Пятнадцать.

Полчаса.

Лошади переступали у калитки. Варрен стоял рядом с ними, не пытаясь снова стучать. Просто ждал.

Рейварды всегда умели ждать, когда считали, что другого человека можно переждать.