Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 15 – Майкл Скофилд

И если я сейчас откажусь, следующий ребенок может не дожить до моего приезда. Или до любого другого целителя. Потому что придворные будут спорить о протоколе, маги — о чистоте крови, а простые люди тем временем начнут гореть изнутри.

Я ненавидела Каэла Рейварда за то утро в зале.

Ненавидела его дом за боковые ворота.

Ненавидела леди Морвен за каждую улыбку, похожую на тонкий нож.

Но мальчик на столе не имел к этому отношения.

И мой дар никогда не умел выбирать только тех, кто заслужил спасение.

Я вытерла руки.

— Я поеду, — сказала я.

Варрен будто не сразу понял.

— В замок?

— В замок.

Он выдохнул.

— Карета готова.

— Не сейчас. Утром.

— Но лорд Каэл...

— Доживет до утра, если хочет получить мою помощь.

Варрен замолчал.

Я шагнула ближе.

— И слушайте внимательно. Я поеду не как бывшая жена. Не как леди Рейвард. Не как женщина, которую можно вернуть в дом, потому что стало неудобно умирать без нее.

— Разумеется.

— Не перебивайте.

Он закрыл рот.

— Я поеду как целительница по договору. Письменному. С моей печатью и подписью того, кто имеет право распоряжаться казной. Полная оплата лечебному дому у мертвого леса. Не мне в руки, не украшениями, не милостью. Деньгами, травами, инструментами, двумя помощниками на год и поставкой дров до конца зимы.

Варрен моргнул.

Где-то сбоку Грейн, если бы был здесь, наверняка сказал бы: «И крышу, дура, крышу не забудь».

— И ремонт крыши, — добавила я.

Варрен чуть склонил голову.

— Я передам.

— Нет. Вы подпишете предварительное обязательство сейчас. До отъезда.

— Я не уполномочен...

— Тогда возвращайтесь за тем, кто уполномочен.

Он посмотрел на мальчика, потом на мою перевязанную руку.

— Хорошо.

— Дальше. В замке я получаю отдельные покои. Доступ к больному без присутствия семьи, когда сочту нужным. Доступ к архиву брачных обрядов, лекарственным журналам, спискам всех зелий, которые давали Каэлу за последние полгода, и право задавать вопросы любому слуге, магу или советнику.

Варрен молчал.

Я видела, как каждое мое условие бьет по привычному порядку его мира.

Ничего.

Порядок Дома Рейвардов уже однажды прошелся по мне сапогами.

Теперь пусть немного пошатается.

— И последнее, — сказала я. — Я имею право уехать в любой момент. Без объяснений. Без разрешения леди Морвен. Без решения совета. Если кто-то попытается удержать меня силой, договор считается нарушенным, а все сведения о болезни драконьей крови выйдут за пределы замка.

Варрен медленно поднял на меня глаза.

— Это угроза?

— Это условие.

— Совет не примет...

— Тогда я не поеду.

Мы стояли друг напротив друга среди душного трактира, рядом с ребенком, который только что перестал умирать. И вдруг я ясно поняла: три года назад я тоже могла поставить условия. Могла говорить громче. Могла требовать свидетелей, проверки, права на свое имя.

Но тогда я еще думала, что любовь должна услышать меня без требований.

Теперь я знала: если люди не хотят слышать, им нужно приносить бумагу и заставлять подписывать.

Варрен поклонился.

На этот раз ниже.

— Я подготовлю документ.

— Хорошо.

Я взяла сумку.

Мать мальчика поймала меня за рукав.

— Госпожа... Я не знаю, чем заплатить.

— Его имя?

— Нил.

— Пусть Нил три дня пьет только теплый отвар. Никаких копченостей, никакого кислого молока, никакого бега. Если прожилки вернутся — сразу ко мне. Не к знахарю, не к магу при караване. Ко мне.