Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 4 – Майкл Скофилд

Он мог.

Но выбирал тишину.

Каэл вышел из-за стола и медленно пошел к ней.

С каждым шагом становилось труднее дышать. Лиара ненавидела себя за то, что тело все еще помнило его близость. Рост. Запах кожи после полета. Тепло ладони на пояснице, когда они проходили через людный зал. Редкие ночи, когда он возвращался поздно, садился у края кровати и молчал, пока она осторожно расстегивала ремни на его доспехе.

Он остановился перед ней.

Близко.

Достаточно близко, чтобы она увидела тонкую красную линию в белке его правого глаза. Он не спал. Может быть, ночь. Может быть, две.

Какая жалость.

Теперь это ничего не стоило.

— Я верю, — сказал он, — что дом не переживет слабого союза.

Лиара выдохнула.

Почти спокойно.

Что-то внутри нее в этот миг не разбилось. Нет. Разбитое еще болит краями.

Это просто умерло.

Тихо.

Без красивого звука.

— Тогда ты не дом защищаешь, Каэл, — сказала она. — Ты прячешься за ним.

Его лицо изменилось. Быстро. На один миг.

Лиара увидела в нем человека, за которого выходила замуж. Не наследника. Не дракона. Мужчину, который когда-то сидел на полу ее маленькой лечебной комнаты и держал чашку отвара двумя руками, потому что не знал, куда деть свою силу рядом с ее усталостью.

Потом он исчез.

Каэл повернулся к столу.

— Дом Рейвардов больше не нуждается в твоем даре.

Вот и все.

Не крик.

Не проклятие.

Не удар.

Просто фраза.

Она оказалась страшнее всего.

Леди Морвен кивнула слуге у двери. Тот подошел с серебряным подносом. На нем лежал тонкий нож для снятия брачных браслетов.

Лиара посмотрела на поднос.

В день свадьбы браслет на ее запястье замкнулся сам. Живое серебро обвило руку, нагрелось и подстроилось под пульс. Каэл тогда осторожно провел пальцем по узору.

«Не больно?»

«Нет».

«Если будет — скажешь».

Она сказала бы.

Если бы знала, что боль начнется не от серебра.

Слуга протянул нож.

Лиара взяла его сама.

— Не надо, — сказал Каэл.

Тихо. Так тихо, что услышала только она.

Лиара подняла на него глаза.

— Что именно не надо? — спросила она. — Не надо делать это самой? Или не надо заставлять тебя смотреть?

Он ничего не ответил.

Она поддела ножом тонкий замок браслета. Живое серебро сопротивлялось. Теплое, почти мягкое. Оно три года знало ее кожу, ее сон, ее работу, ее страх. На внутренней стороне запястья вдруг кольнуло так резко, что Лиара едва не выронила нож.

Перед глазами вспыхнула темнота.

Не простая.

Черная, с красным сердцем, как уголь под пеплом.

На коже проступила тонкая линия, похожая на след ожога. Лиара моргнула — и линия исчезла.

— Продолжайте, — сказала леди Морвен.

Лиара стиснула зубы и нажала сильнее.

Браслет раскрылся.

В зале кто-то облегченно выдохнул.

Она сняла серебро и несколько секунд держала его в ладони. Маленькая вещь. Слишком легкая для трех лет надежды.

Потом положила браслет на каменный стол.

Не перед леди Морвен.

Не перед советом.

Перед Каэлом.

Серебро тихо звякнуло о черный камень.

Этот звук Лиара запомнила навсегда.

— Теперь, — произнесла леди Морвен, — вы покинете замок до заката. Вам будет выделена дорожная карета, два сундука личных вещей и сумма, предусмотренная расторжением брачного договора.

Лиара повернулась к ней.

— Оставьте деньги себе.

По залу прошел шепот.

Леди Морвен впервые за все утро чуть прищурилась.