Книга Пятая зона пульса, страница 135 – Юля Артеева

Отвечаю:

— Нет-нет. Все прекрасно.

Улыбаюсь ему, но в ответ получаю только тяжелый взгляд. Ладно. Дружить я тоже желанием не горю.

Подписываю протокол в нужных местах и поднимаюсь.

Уточняю:

— Это все?

— Да. Позвоним. Если, разумеется, вы будете брать трубку.

— Не до того немного было, — проговариваю извиняющимся тоном.

Следователь смотрит на меня, не моргая, и я уже решаю, что это у него такой способ попрощаться, но он в итоге произносит нехотя:

— Это было смело.

— Спасибо. Я там был не один.

— Идите, Алексей Александрович.

Я понимаю, что это максимум эмпатии, который он только способен продемонстрировать, и, кивнув, ухожу.

Сажусь в свою ауди, которую в день происшествия почти успели отогнать на штраф-стоянку, но папа вовремя подъехал с документами.

Набираю ему и отчитываюсь:

— Все в порядке, протокол составили и отпустили.

— Проблем не было?

— Да нет, какие проблемы? Следак с каменным сердцем и таким же выражением лица даже сказал, что это было смело.

Синхронно хмыкаем и замолкаем ненадолго.

Откашлявшись, он говорит:

— Там это… Марина заряжена, так что звони ей, как будете готовы подъехать на консультацию.

— А мальчик?

— Вроде, нормально все.

— Вроде? — уточняю, покидая парковку и направляясь к дому Добронравовых.

— Леш, — ворчит отчим. — Вроде нормально. У меня близких друзей там нет, ты знаешь, я не люблю так решать вопросы. Поэтому не точно. Но мне обещали.

— Понял.

— Все, звони. И матери ответь.

— Отвечу, когда она перестанет начинать разговор с криков.

— Она волнуется, — повторяет он в сотый раз за последнее время. — Все, не будем ругаться. Пока, сын.

В очередной раз ощутив внутреннее тепло от этого простого слова, я сбрасываю. С биологическим папочкой не повезло, с мамой мне не всегда бывает просто, но именно с отчимом отношения всегда складывались идеально. Наверное, мы были очень нужны друг другу, и судьба сподобилась на такой подарок.

Запарковавшись там, где раньше стояли проклятые жигули, я отлавливаю у подъезда какую-то женщину. Она с пристрастием интересуется, к кому я приехал, а я решаю, что это отличная возможность для меня.

Судя по тому, что женщина представляется старшей по подъезду, наделяя это определение важностью вселенского масштаба, я понимаю, что это именно она звонила тогда Нике. Значит, Добронравова ее терпеть не может, но дверь ей скорее всего откроет.

Поэтому я и говорю:

— А пойдемте со мной.

— Зачем? — интересуется с подозрением.

— Идемте-идемте. Вместе узнаем, как у Вероники дела.

Глаза ее загораются таким любопытством, что меня даже немного слепит. В глубине души посмеиваясь, я сохраняю полную серьезность.

Старшая по подъезду заливается соловьем:

— Надо же какое горе! Кто мог представить! Нет, — здесь она понижает голос, — если бы кто-то спросил меня, то я-то знала, в каком состоянии мать у этих бедняжек… Но всем же все равно! А я всегда повторяю, что соседское неравнодушие — это самое важное.

— Да что вы говорите?

— А как еще? Мне вот, представляете, даже сын нашел все видео с аварии! В интернете все теперь есть. Так там один парень их всех и вытащил!

Остановив на мне пристальный взгляд, женщина крайне медленно подгружается, но, кажется, начинает узнавать. Хотя все видосы с места происшествия классным качеством не отличаются.