Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3, страница 87 – Джин Соул

Он проверил хвосты и воскликнул с восторгом:

— Девять! У меня снова девять хвостов!

Он выпустил все девять, стало похоже, что за спиной у него раскрыли меховой веер. Они стали длиннее и пушистее. А ещё Ху Фэйцинь с изумлением обнаружил, что отрос и его куцый хвост! Он ничем не уступал остальным восьми.

Ху Фэйцинь ухватился за него и завопил:

— Даже мой настоящий хвост! Ху Вэй, ты ведь говорил, что он никогда не отрастёт?

— Мало ли что я говорил, – недовольно буркнул Ху Вэй.

Он не понимал, почему оборванный хвост вернулся в изначальное состояние. Такого быть не могло, никогда ещё не бывало. И какой бы мощной ни была пилюля этого черепашьего хорька, утраченный физический хвост вернуть она не могла. Уж в лисьих-то хвостах Ху Вэй разбирался. Ху Сюань придерживалась того же мнения, но вслух ничего не сказала: Ху Фэйцинь в полном порядке – и ладно.

— Понятия не имею, что это за пилюля, – сказала Ху Сюань, покачивая головой, – и из чего она сделана. Не смогла определить ни одного компонента. Впервые со мной такое… – И она несколько досадливо прищёлкнула языком.

Ху Фэйцинь пропустил эти слова мимо ушей. Он с удовольствием вертел хвостами, слушая, как они шуршат, и лицо у него при этом было глупое. Потом он встрепенулся и, выкинув руку вперёд, выпустил из себя зеркало Цюаньцю. Оно раздвоилось, потом каждое раздвоилось ещё раз, и ещё, и вот уже перед Ху Фэйцинем сверкали двенадцать небесных зеркал. Каждое было уникально, имело свой размер и форму.

— Ого, – сказал Ху Вэй, – целых двенадцать?

— Парад зеркал, – вспомнил Ху Фэйцинь. – Матушка показывала мне однажды… Когда все двенадцать снаружи, каждое из них может уподобиться другим.

Он поэкспериментировал с зеркалами: двенадцать зеркал Чжэньли, двенадцать зеркал-порталов…

— Впечатляет, – с уважением сказал Ху Вэй.

Ху Фэйцинь довольно ухмыльнулся. Зеркала можно использовать во время сражения. Как отпадёт челюсть у отца, когда он увидит, что его сын теперь дважды бог!

С небесными зеркалами придётся считаться. Небожителям известна их сила. Если он превратит каждое в зеркало Чжэньли и прокатит их перед войсками, они увидят в них нечестивые помыслы Небесного императора и поймут, что их используют в неблаговидных целях. Боги не дураки, они сразу сообразят, что к чему…

— И чего ты лыбишься? – спросил Ху Вэй с лёгким недовольством, взяв Ху Фэйциня за щеки и растягивая его лицо в разные стороны. – Ни дать ни взять полоумный!

— Мы выиграем эту войну, – отмахнулся от него Ху Фэйцинь. – Теперь-то…

— Научись для начала призывать духовное оружие, – умерил его восторг Ху Вэй. – На кой тебе силы, если не можешь их толком использовать?

Ху Фэйцинь скорчил презрительную мину. Но объективно Ху Вэй был прав, поэтому возражать Ху Фэйцинь не стал и следующие несколько дней только и делал, что тренировался в Лисьем призыве.

Лао Лун предавался безделью. Заняться ему было совершенно нечем.

Для всех остальных в поместье Ху время было хлопотное: лисы готовились к войне, затачивали мечи и копья о тяжёлые точильные камни, которые прикатили к Арсеналу, начищали доспехи и собственные заржавевшие военные навыки. Все лисы были необыкновенно воодушевлены и клялись друг другу хвосты положить за Лисьего бога.