Онлайн книга «Трясина»
|
И сказал так просто и обыденно, будто согласия от Зотова вовсе не требуется, потому что тот наглухо зажат в карпухинских тисках, а значит кудахтать на своего босса у него нет никаких оснований. 40 В полдень Катерина принесла свежую почту и выложила на стол капитана Осипова. — Раньше относила Сергею Георгиевичу, — подавленным голосом сказала она, — теперь, кажется, вы здесь за главного. Перехватив ее взгляд, Жан спросил: — Сильно переживаешь? — А как же? Он ведь по натуре был неплохим человеком. Что же касалось его грубости, то я на нее не обижалась. — Да, жаль… Жан даже не предполагал, что за газетами проведет весь день. На гипотетические размышления наводил свежий номер «Городских новостей», больше напоминавший криминальную хронику. Он, несомненно, снова Всполошит город, вновь разгорятся слухи, домыслы, пересуды. Сперва привлекла заглавная статься на первой полосе — «Ему доверил народ»: об избирательной кампании и безоговорочной победе на выборах в мэры города Константина Сергеевича Зотова. Здесь же была тиснута, фотография: лицо сухое, серьезное, в очках. В тексте значилось: заме-ститель Карпухина, теперь уже бывший. Пели дифирамбы новоиспеченному хозяину города и другие областные и городские газеты. Журналисты как бы состязались в эпитетах и штампах. Говорили на все лады о привер-женности Зотова идеалам благочестия и гуманизма, подавали эти качества как нечто бесспорное: Константин Сергеевич участник различного рода благотворительных деяний, удостоен почетных дипломов, грамот, инициатор бесплатных обедов для малоимущих, прекрасный семьянин, обожает в детей, для чего постоянно таскает полные карманы конфет, чтобы убла-жать малышей… И до того расхваливали, что не только Зотов, но и любой, даже отпетый мошенник, мог возомнить себя таковым — защитником народных интересов, радикальным реформатором, истинным демократом. На этой же полосе — заметка «Убит подполковник Маркин». Особенно увлек Жана последний абзац: «Как сообщил в редакцию областной прокурор И. Г. Пряхин, экспертиза установила, личность подозреваемого, но в интересах следствия имя его не разглашается…» Трудно поверить, что буквально за день раскрыто тягчайшее преступление. Мол, знай наших! Сам же Осипов терялся в догадках: что это — очередная уловка или попытка успокоить общественность? Чтиво под громким названием «Переполох, окутанный тайной» — на второй полосе. Ничего не скажешь, Зюзин сработал оперативно, но почему-то ограничился пересказом тех лиц, с кем беседовал на тарной базе. Ни слова о криминале, о головорезах, деятельностью которых руководили все те же Карпухин и Зотов. У Жана невольно возникла мысль: Зюзин куплен, пляшет под чужую дудку. За окном уже смеркалось. Вадим так и не появился. Настроение было пакостное после чтения газет. Пугающая тишина, какой-то вакуум. Преступники не на шутку рассвирепели, должно быть замышляют очередной подвох. Поразмыслив, он поднялся, включил свет и позвонил домой. Никто не отвечал. Тревога усилилась. Уж больно сильно все закружилось-завертелось, и тут Зинаиду нельзя оставлять одну. Успокоил себя тем, что сегодня пятница, а в этот день она обычно засиживается на работе допоздна. Позвонил в фотоателье. Трубка ответила монотонными гудками. Раз… два… три… семь… десять… Наконец завибрировали специфические звуки, послышался знакомый голос — усталый, грустный, подавленный: |