Книга Завтра я стану огнём, страница 171 – Евгения Александрова

Но он не ответил сразу, словно нарочно хотел заставить генерала ждать, и когда он заговорил, его голос был низким, ровным, но в нём скользнула та ледяная усмешка, которую я уже начинала узнавать:

— Контроль – не в том, чтобы подавлять эмоции. Но думаю, генерал ди Арстон, что вы правы. И даже эта встреча – часть пути.

Бьёрн, предатель! Я резко повернула голову, намереваясь бросить ему взгляд, полный протеста, но Бьёрн уже чувствовал это – одно лёгкое прикосновение его пальцев к моей ладони, едва уловимое предупреждение, и холод пробежал по коже. Замолчи.

Я сжала губы, заставляя себя успокоиться.

Генерал отступил на шаг, позволяя нам пройти, и Бьёрн направил меня вниз, к городу, но я чувствовала, как взгляд Вальдера всё ещё прожигает мне спину, – давящий, колдовской.

Неосторожно было провоцировать того, кто может повлиять на мою судьбу, но разве я могла смолчать? Разве могла позволить этому человеку думать, что дочь Ясмин ди Корса подчинится и простит обиду?

Они сколько угодно могут пытаться сделать из меня своё послушное орудие. Я верю в свою силу и свой путь и не предам родных из желания угодить тому, кто едва не разрушил их жизни. Не из гордости, а потому что никто – ни генерал, ни император – не вправе решать, что мне чувствовать.

Письмо Тавиана № 5

Бьёрн, таарвен!

Знаешь, у нас тут пока тихо. Честное слово, впервые подумал, что рад был бы снова разок оказаться в Сеттеръянге и даже повидать «любимых» наставников. Думал, прокляну этот город, а уже заскучал на наших плантациях. Здесь по-прежнему многих куда больше волнует урожай и сплетни, чем одухотворённое приближение к Истоку.

А я теперь как будто между двух миров – и не там, и не здесь. Отец, как говорили, тоже вернулся после дарханов иным, но у него была любовь к матери, а я пока жениться не надумал.

И ведь не то чтобы я торопил развитие событий, но как-то глупо отсиживаться в тиши, когда у вас происходит что-то важное. Тренировки проходят без огонька, чувствительность к пальцам так и не вернулась.

Как думаешь, император призовёт нас с отцом на службу, случись что? Не хотелось бы оставлять маму в одиночестве, хотя не сомневаюсь, что она даст отпор любому, кто косо посмотрит, да и она собрала подле себя весьма дружный круг сильных людей Юга. Но всё же…

Даже адепты Покровителя куда-то делись. Надеюсь, ты тоже их нескоро увидишь. А там, глядим, и смоет эту заразу с лица земли, а?

P.S. Ты избегаешь писать о Кейсаре. Одно из двух: или ты влюбился, или она тебя достала!

Колись, что именно ты скрываешь? Она там вообще жива?

Тавиан.

Мы с Бьёрном долго шли молча, сначала до храма и великих ступеней, что связывали нижний город Сеттеръянга с уровнем монастыря. Меня всё ещё тихо колотило от эмоций, от этого взгляда, мерцающего в ночи, от событий, к которым лично я не имею никакого отношения, но…

Бьёрн шагал рядом, ровно, без спешки, однако я чувствовала, что он не просто идёт – он следит за мной, ловит каждый жест, каждую смену дыхания, даже не глядя в мою сторону.

Я украдкой посмотрела на Бьёрна: его вид был отстранённым, спокойным, как всегда. Знал ли он эту историю?

Раз дружил с моим братом, значит, наверняка слышал! Или Тавиан не рискнул рассказывать напарнику и дархану, через что пришлось пройти нашей семье, прежде чем на плантациях Джосси и вообще на Корсакийском острове воцарился мир под правлением моего отца?