Книга Девочка с фермы и мажор, страница 131 – Елена Твардовская

Она не поверила. Но не стала спорить.

— Или просто пытаешься оттянуть неизбежное, — она взяла его за руку — в который раз за это утро, и это прикосновение было таким естественным, будто их руки всегда были сплетены. — Идём уже.

Она сделала шаг к воротам, но в этот момент рядом с ними остановился дорогой электромобиль — бесшумный, элегантный, такой же чужой здесь, как и его хозяин. Из салона вышел Антон.

На нём был белый льняной костюм, и он выглядел так, будто только что сошёл с обложки журнала — ни пылинки, ни морщинки, ни тени сомнения. Его улыбка была обольстительной, но не наглой, как у Глеба, а какой-то другой — надменной, снисходительной, будто он знал что-то, чего не знали другие.

— О, привет, — сказал он, и его голос звучал мягко, почти дружелюбно. — Вы уже здесь? Не думал, что вы так быстро доберётесь пешком. Планировал подхватить вас по дороге.

— Ага. Через два часа, — бросил в ответ Глеб.

Антон проигнорировал недовольство брата, скользнул взглядом по Еве, и этот взгляд задержался на ней чуть дольше, чем следовало. Она почувствовала это — как его глаза, тёмные, как у брата, но с каким-то другим выражением, прошлись по её лицу, по волосам, по лёгкой юбке, которую ветер прижимал к ногам.

— Ева, рад видеть, — сказал он, и его голос стал чуть тише, почти конфиденциально.

— Взаимно, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

И в тот же момент она почувствовала, как пальцы Глеба, сжимавшие её руку, стали крепче. Он сделал шаг вперёд, чуть прикрывая её собой, будто защищая от чего-то.

— Где моя машина? — спросил он, и в его голосе не было ни приветствия, ни братской теплоты. Только холодная сталь.

— Помощник заправит её и пригонит сюда, не волнуйся, — Антон усмехнулся, и его взгляд снова скользнул к Еве. — Он всегда переживал за свою машину больше, чем за что-либо.

Шутка повисла в воздухе. Ева не знала, смеяться или молчать. Глеб не сказал ничего.

— Ну что, — Антон развернулся к воротам, — пойдёмте? Нас ждёт незабываемый уикенд с нашими родителями и их бизнес-партнёрами.

Глеб нахмурился. Это было заметно даже сквозь солнечные очки — как напряглись его скулы, как сжались губы.

Они пошли. Антон — первым, уверенно, будто здесь был хозяином. Глеб и Ева — следом. Она наклонилась к нему, и её шёпот был едва слышен:

— Ещё кто-то будет?

— Понятия не имею, — ответил он так же тихо, и в его голосе слышалось раздражение. — Родители мне ничего не говорили.

Беседка, куда они пришли, была просторной, увитой плющом, с длинным столом, накрытым белой скатертью. Здесь уже сидели — и пили что-то из высоких бокалов — несколько человек.

Сергей Смирнов, как всегда, в строгом костюме, с непроницаемым лицом. Тина — в лёгком платье, с идеальной укладкой и той самой улыбкой, которая, казалось, была приклеена к её лицу навсегда. Какой-то деловой мужчина — грузный, с красным лицом и цепким взглядом. А рядом с ним...

Ева замерла.

Марго.

И Валера.

Они сидели по бокам от мужчины — Марго слева, Валера справа, и оба смотрели на вошедших с выражением, которое трудно было назвать дружелюбным.

Ева снова повернулась к Глебу.

— А они что тут делают? — прошептала она.

Глеб не ответил. Только сжал скулы так, что на них заходили желваки.

Они подошли к столу. Сергей поднялся, и его голос, ровный, деловой, разнёсся по беседке: