Книга Медвежий брод, страница 45 – Юй Сы

Словно ей все показалось.

Несколько мгновений она стояла на опушке, пытаясь отдышаться. Остатки страха теснились в сердце, ее платье промокло от пота, в волосах застряли веточки и листья, на руках – царапины, ладонь содрана. Нина дрожащими руками пригладила волосы и поправила юбку. Она ощупала живот, но боль в нем отступала. Ребенок толкнулся – и впервые это движение жизни показалось ей успокаивающим.

— Тише, тише, – словно в забытьи пробормотала она, поглаживая живот.

Дыхание ее постепенно успокаивалось, и она вытащила листья из волос, а затем потерла ладонь. Ничего страшного. Лес позади тоже уже не казался таким страшным, а те шаги наверняка были плодом ее воображения.

Нина вдруг устыдилась: испугалась теней, словно девчонка. Чуть не навредила себе. Запоздалый ужас охватил ее: что было бы, упади она на живот? Нина содрогнулась.

Наконец, отдышавшись и убедив себя, что все это лишь ей почудилось, Нина обернулась на костры и прищурилась от их яркости. Шум праздничного веселья наконец обрушился на нее, вырывая из лесной тишины.

Казалось, что здесь собралась вся деревня: люди сидели на бревнах вокруг костров, ели и пили, смеялись и шутили. Нина огляделась и поняла, что место кажется ей смутно знакомым: это была небольшая поляна посреди леса, и со всех сторон ее окружали деревянные резные столбы. Она уже видела эти тотемы – когда спустилась к ручью, и ее в первый раз напугал медведь. Сейчас же тотемы казались ей умиротворяющими, оплотом спокойствия, доказательством присутствия человека. Наверное, она просто обогнула холм.

— Нина? – кто-то у костра заметил ее и тут же вскочил. Она узнала Федю.

Она увидела, как его улыбка исчезла, стоило ему подойти ближе.

— Боже, дорогая, ты в порядке? Где ты была? – Он лихорадочно схватил ее за руки, осматривая лицо. Нина подумала, что, должно быть, и правда выглядела, как человек, вышедший из леса. Ей было стыдно говорить о своей вспышке бреда, поэтому она уклончиво пожала плечами:

— Ходила с Катей за травами, но немного заблудилась.

— Нина! – к ней подбежала запыхавшаяся женщина, вырывая ее у Феди. – Как я рада, что с тобой все в порядке. Мы тебя обыскались!

Нина с сомнением подняла брови – прошло всего ничего, как Катя оказалась у костра, и почему, если она заметила ее отсутствие, она не звала ее? Увидев ее недоверчивый взгляд, Катя отвела глаза и повторила:

— Хорошо, что с тобой все в порядке. Я уже послала Гришку искать тебя.

— Если бы… – Нина открыла рот, чтобы возмутиться, но в этот миг сзади нее послышались шаги.

Ее разум, все еще не успокоившийся от ночного бега, оцепенел, и она резко обернулась.

И увидела, как из-под темной сени деревьев за ее спиной с ухмылкой выходит Григорий.

— Нашлась пропажа, – хмыкнул он, осматривая ее с ног до головы. – Я уж было подумал, что медведь забрал вас в невесты.

Нину пробрала дрожь от этой ухмылки, от пристального взгляда и от того, что он вышел из леса точно там же, где и она.

Ночь сгущалась, но у костра становилось все жарче. Нина сидела, обняв себя руками, и смотрела, как небо падает на лес, а искры притворяются звездами. Оцепенение охватило все ее тело, превращая в деревянную статую.

— Хочешь пить? – спросил Федя, сидевший рядом.

Его слова вывели ее из забытья, и она перевела взгляд на мужа, почти ничего не видя из-за огненных отблесков. Только стекла его очков посверкивали в пламени, придавая ему странный потусторонний вид.