Книга Брошенная жена дракона. Хозяйка сиротского замка, страница 119 – Диана Фурсова

— Значит, дом успел первым.

Ключ от ворот вспыхнул чёрно-серебряным огнём.

По залу прокатился шёпот.

Авелия не подняла голоса.

— Я не сяду у стены, сенор Арк. Каменный Сиротский признал меня хозяйкой семи ключей. Если Совет хочет обсуждать мой дом, детей моего дома и книги моего дома, я буду стоять у стола, где это обсуждают.

Орвейн резко сказал:

— Твой дом?

Ключ от кухни загорелся медным тёплым светом.

Авелия повернулась к нему.

— Да.

Он смотрел на ключи, как когда-то смотрел на кольцо, которое она положила на этот же мрамор. Тогда он не понимал, как вещь умеет уходить сама. Сегодня не понимал, как дом умеет выбирать.

— Ты всё ещё носишь имя, которое мой род сделал видимым, — сказал Орвейн. — Без брака с Салкрестами ты была бы бедной ветвью почти угасшего дома. Без моего решения ты никогда не получила бы Каменный Сиротский. Всё, что ты сейчас называешь своим, пришло к тебе через меня.

Руф сжался.

Тави сразу встала ближе.

Элмар побледнел, но не опустил Книгу защиты.

Авелия почувствовала старое движение боли — не глубокое уже, а привычное, как рубец, который тянет на холоде. Орвейн говорил не для Совета. Он говорил для неё. Пытался найти ту женщину в жемчужном платье, которая когда-то ещё ждала от него тепла.

Но её здесь больше не было.

— Через вас ко мне пришли развалины, — сказала Авелия. — Домом они стали уже без вас.

Ключ сада вспыхнул зелёным огнём.

На мрамор легли тени ветвей.

Орвейн сжал губы.

— Я требую восстановить справедливость. Передача владения была ошибочной. Род Салкрест возвращает себе право распоряжаться Каменным Сиротским как имуществом, ранее находившимся в его фонде. Авелия Рианор, как моя бывшая жена, обязана вернуться под родовую защиту до завершения полного разбирательства. Она не обладает драконьей искрой, не имеет собственного рода достаточной силы и не может одна нести ответственность за детей спорного происхождения.

Вот и всё.

Он снова сделал это.

Назвал её через себя. Бывшая жена. Часть прежней власти. Ошибка, которую можно откатить.

В зале кто-то кивнул. Кто-то нахмурился. Лорд Вейн смотрел холодно. Лорд Ирден — устало. Торвейн постукивал пальцами по ручке кресла, не сводя глаз с ключей.

Тарвен сделал шаг, но Авелия чуть подняла руку.

Не сейчас.

Это была не его фраза.

Её.

— Орвейн, — сказала она впервые за много дней без титула.

Он поднял голову.

В его глазах мелькнуло что-то похожее на надежду.

Крошечное.

Непозволительно позднее.

— Вы всё ещё думаете, что если назовёте меня бывшей женой, я снова стану частью вашего дома. Но я была вашей женой четыре года. Хозяйкой вашего дома — по делам, не по праву. Вела ваши книги. Исправляла ваши ошибки. Помнила то, что вы не считали важным. И именно поэтому я знаю: имущество не начинает спорить. Имущество не подписывает разрыв. Имущество не открывает ворота без чужого имени. Имущество не стоит перед вами с ключами, которые ваш род никогда не смог повернуть.

Ключ башни вспыхнул синим огнём.

Высоко над залом, у самого свода, дрогнули витражи. На миг в них отразилась северная башня Каменного Сиротского, сигнальная чаша и огни дороги.

Орвейн отступил на полшага.

Авелия положила ладонь на Книгу Крыльев.

Полную.

Сегодня замок позволил вынести её из подземного источника целиком.

Не потому, что перестал бояться. Потому что пришло время говорить не выдержкой, а правдой.