Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 287 – Рика Лав

Это ударило больнее всего.

— Я сейчас уйду, извините за беспокойство, — выдавила она наконец. — Не хотела создавать неудобства…

Я вышел из-за манекенов.

Ася стояла у входа в бутик, прижимая мобильный телефон к груди обеими руками. Лицо бледное, глаза широко распахнуты — в них читается шок, смущение, стыд, желание провалиться сквозь землю и исчезнуть.

А Настя возвышалась перед ней на высоких каблуках, скрестив руки на груди в превосходстве. Смотрела сверху вниз на миниатюрную Асю с выражением лица, которое недвусмысленно говорило: ты здесь лишняя, ты не из нашего круга, ты не можешь себе позволить даже носовой платок из этого магазина, так что убирайся, пока я не вызвала охрану.

Три длинных шага, и я оказался между ними раньше, чем Ася успела выйти

Перехватил её запястье, развернул резким движением и притянул к себе, она охнула, теряя равновесие и упираясь свободной ладонью в мои руки.

Обнял её за талию, прижимая спиной к себе, закрывая собой от Насти, от её взгляда, от её яда и презрения.

— Никуда ты не пойдёшь одна, — прошептал Асе в ухо, она вздрогнула от неожиданности. — Слышишь меня, маленькая? Ты здесь, со мной, где и должна быть.

Поднял взгляд на Настю, встречаясь с её расширенными от удивления глазами. Она стояла с приоткрытым ртом, явно не ожидая такого.

— Ася со мной, — с трудом сдерживал более нецензурные слова. — Это моя невеста. Мы пришли в этот бутик специально, чтобы выбрать ей гардероб.

Пауза.

Настя открыла рот, собираясь что-то сказать, но я не дал ей шанса произнести ни звука. Ничего хорошо из этого рта никогда не вылетало.

— А твоё хамское и откровенно мерзкое отношение к моей невесте, — продолжил я, удерживая Асю в объятиях, — это единственная причина, по которой я не оставлю в этом переоценённом гадюшнике ни копейки. Надеюсь, руководство просматривает камеры и узнает, что из-за тебя они лишились продаж на несколько сотен тысяч.

Лицо Насти побледнело, но следом же пошло пятнами. Потом на губах, накрашенных яркой помадой помадой, появилась знакомая усмешка. Та, которую она использовала двенадцать лет назад, когда хотела ранить кого-то побольнее, попасть в самое уязвимое место.

— Невеста? — она демонстративно оглядела Асю с ног до головы, это граничило с прямым оскорблением, задерживая взгляд на джинсах, простом свитере, старых ботинках, отсутствии макияжа, растрёпанных волосах. — Боже мой, Кирилл. У тебя действительно испортился вкус за эти годы. Раньше ты выбирал женщин с определённым… — пауза, полная насмешки, — уровнем. Образованных, ухоженных. А теперь, я вижу, стандарты твои упали до самого… ну, ты сам понимаешь, до чего.

Злость разгоралась внутри, заливая красным всё поле зрения, пульсируя в висках. Но самое страшное, я ощутил, как Ася замерла в моих объятиях, словно бы перестала дышать.

Она слышала каждое слово, каждое гребаное слово этой стервы. И разумеется она поняла, что Настя не незнакомка для меня. Твою мать…

Я сделал шаг к бывшей, на автомате увлекая за собой Асю.

Один единственный шаг.

Но этого хватило.

Настя замолчала на полуслове, испуганно отступая назад и натыкаясь поясницей на стойку регистрации. Лицо снова стало белее мела, глаза расширились, когда она увидела выражение моего лица, прочитала в нём то, что я сдерживал.