Книга Письмо Далай-ламы, страница 30 – Екатерина Чудинова

Тишина в комнате нарушалась лишь легким стуком камней о доску. Аглая с интересом наблюдала, как черные камни постепенно окружают белые, а Карелин, хоть и не понимал правил, не мог не заметить, что старик слишком легко дает себя обыграть.

— Так что же вы молчите, господа, – заговорил Гавриил Семенович, делая очередной ход и не отводя глаз от доски. – Зачем пожаловали? Не часто к старому Левковичу заходят. У меня тут не универсальный магазин.

Карелин обменялся быстрым взглядом с Аглаей, затем спокойно ответил:

— Нам нужен бензин для экипажа князя Борезе, участника ралли «Пекин – Париж». Говорят, у вас есть кое-какие запасы.

Гавриил Семенович поднял глаза от доски, посмотрел сначала на Карелина, затем на Аглаю, оценивая их.

— И зачем мне с вами делиться, – спокойно проговорил он, – если никто, кроме господина Като, мной не интересуется? Это во-первых. А во-вторых, что же, у Русско-Китайского банка совсем силенок не осталось, что даже бензина не припасли? Знаю, слышал. Они мне возврат отказались оформить, а я им бензин давай. Это что за новости такие? Гляди, Като, какие лихие гости пожаловали.

Матвей растерялся. При опасности он действовал быстро и решительно – руки сами находили оружие, ноги выбирали нужный путь, а мысли складывались в четкий план. Но вот в подобных ситуациях, где требовалось дипломатическое чутье, он ощущал неуверенность. Гавриил Семенович не проявлял ни малейшего интереса к их просьбе. Его лицо оставалось безучастным, как будто речь шла не о бензине, а о ветре и температуре воздуха. Это равнодушие сбивало с толку. Сложив руки на груди, Матвей едва ли мог скрыть замешательство. Пауза затянулась, и в тишине комнаты стук камней о доску звучал как обратный отсчет времени до конца визита.

Аглая, почувствовав напряжение в воздухе и растерянность Карелина, решила воспользоваться своим обаянием.

— Знаете, Гавриил Семенович, – произнесла она почти задумчиво, словно размышляя вслух, – вы человек предусмотрительный. Это чувствуется сразу: вы не спешите с решениями, умеете взвешивать выгоды и риски. И возможно, в сложившейся ситуации дело вовсе не в бензине. – Она подалась вперед, понизив голос: – Бывает, что ценность предложения измеряется не в самих вещах, а в том, что стоит за ними. Может быть, мы могли бы обсудить, что действительно было бы вам интересно? Помощь, услуга, поддержка в нужный момент – ведь это всегда больше, чем просто товар. – И, улыбнувшись: – Уверена, мы сумеем придать этому делу такую форму, при которой ваше участие будет не только замечено, но и оценено в самых достойных кругах.

Аглая взглянула на старика с искренним интересом, стараясь угадать, что именно могло бы привлечь его. Гавриил Семенович тоже испытующе смотрел на Аглаю. Его лицо не выдавало никаких эмоций, но глаза по-юношески задорно блеснули.

— Вы, девушка, неглупы, – произнес он, скрестив руки на груди. – Но мне не нужно ничего. У меня есть все, что необходимо. Так что, если хотите, подумайте еще. Твой ход, Като.

— Гавриил Семенович, позвольте, я расскажу нашим гостям одну притчу? – спросил Като, бросая камни.

Старик насупился, зыркнул на японца из-под тяжелых бровей, оценивая его намерения и пытаясь понять, что именно тот задумал.

— Что ж, давай послушаем, – произнес наконец, скептически приподняв бровь.