Книга Когда родилась луна, страница 62 – Сара А. Паркер

— Ты, мелкая… – Его взгляд опускается к моей груди и снова поднимается, губы изгибаются в слащавой улыбке. – Хотя вообще-то не такая уж и мелкая.

— Больше, чем ты можешь сожрать и не подавиться, жалкий кусок дерьма.

Он смеется и делает еще одну затяжку.

— Я ненасытен…

— Если я вынуждена выслушивать твою чушь, то, по крайней мере, расскажи мне что-нибудь, чего я еще не знаю.

— Видишь ли, на этой конкретной работе мне платят за голову. Так что, моя сквернословящая сучка, я предлагаю тебе шанс избежать возмездия за солдат, которых ты меня лишила. И вот за это, – говорит он, поднимая свою раненую руку.

Мое внимание переключается на его хлыст, затем возвращается к глазам.

— Думаешь, я боюсь твоей маленькой игрушки, Рекк?

— А стоило бы.– Он криво ухмыляется, демонстрируя острые клыки и обещание боли.– Железный наконечник кусается.

— Видала и побольше. Но если порка женщины заставляет тебя чувствовать себя сильным мальчиком, то не буду рушить твои мечты. Не волнуйся, я справлюсь. Моих яиц хватит на нас обоих.

На этот раз, когда он смеется, в его смехе нет ни капли искренности.

Он взмахивает рукой.

Хлыст молниеносно рассекает воздух, и дыхание вырывается из моих легких, когда волна боли пронзает мое бедро, разрывая комбинезон и вспарывая кожу.

Я плотно сжимаю губы, борясь с желанием закричать, пока мое тело содрогается. Плоть горит от предвкушения, готовясь к следующему удару, который, несомненно, последует.

— Сейчас ты молчишь, – говорит он, делая еще одну затяжку. – Болтай ты поменьше в «Голодной лощине», ты бы не оказалась в таком затруднительном положении, а твоя подруга не была бы сейчас мертва.

Сердце пропускает удар, потом еще один. Его слова вонзаются в мое нутро, словно наконечники стрел, разрывающие плоть…

Левви.

Он говорит о Левви.

Что означает…

— В свою очередь она передала тебе записку с рунами, с помощью которой я разыскал твое жилье.

Комната кружится, мой беспокойный разум мечется так быстро, что все нити, которые обычно связывают меня воедино, спутываются, пока не превращаются в клубок узлов.

Мои контакты. На случай, если ты захочешь снова выступить вместе…

В тот момент, когда она произнесла эти слова, на ее губах появилась грустная улыбка, как будто они были неприятны на вкус.

Творцы…

Мне не нужно было показывать ей сферу – я бы и без этого обошлась. Но я торопилась. Отвлекалась. Я так отчаянно хотела завершить миссию, за которую боролась.

Я была слепа. Глупа.

Эгоистична.

И теперь Эсси мертва.

Я стону: свежая информация острой болью вспыхивает в моей груди, попадая прямо в рану, которая еще не успела зарубцеваться.

— Представь мое разочарование, когда я активировал руну слежения и понял, что записка не привела меня в Расцвет, – говорит Рекк, направляя на меня дымящуюся палочку и стряхивая пепел. – Значит, ты просто солдат. Та, кого они используют для грязной работы. Понимаешь, мне нужен кто-то, кто имеет тесные связи с Фениксом или, по крайней мере, знает, где находится Расцвет. Ты можешь помочь мне?

Серим.

Я опускаю подбородок, глядя на него исподлобья, мысли мечутся в голове.

Как бы я ни ненавидела эту сучку, я никогда не смогу отдать ее этому придурку-садисту. Это поставит под угрозу не только Руз: если этот монстр завладеет флаконом, который висит у Серим на шее, многие, кого я уважаю, станут жертвами короны.